Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ.»
В глазах Роуз стояли слезы. Они стекали по ее щекам.
И выражение ее лица пугало меня до смерти.
Она не сказала ничего внятного.
Не дала мне ни единой чертовой подсказки о том, где может быть Аликс.
Обычно свойственное мне терпение, иссякло.
— Я звоню в полицию, — сказал я, снова достав телефон.
— Дай мне еще минутку, — взмолилась Роуз. — Мне нужно проверить еще пару вещей, а потом ты можешь делать все, что захочешь.
Она прошла мимо меня, вернулась в спальню и вышла в коридор. Затем начала проверять другие комнаты и звать: «Аликс!».
Ответа не последовало.
Когда я направился за ней вниз, Роуз включила еще одну лампу, и та осветила всю кухню.
Как только Роуз увидела это место, то ахнула и воскликнула:
— О Боже, нет.
Я оглянулся, чтобы посмотреть, что ее расстроило.
Единственное, что я мог придумать, это маленькие листочки бумаги, которые были буквально повсюду — на кухонной стойке, приклеены к шкафам, разбросаны по столу.
На одном из барных табуретов лежал портфель.
На спинке стула висел пиджак. Он был слишком велик, чтобы подойти Аликс.
Я приблизился и увидел у него слева логотип «Эмбэйси Джетс».
И тут заметил лежащую прямо перед ним записку.
Это был тот же почерк, что и на листке в гардеробной.
«Я СХОЖУ ЗА ЗАВТРАКОМ И КОФЕ.
УВИДИМСЯ ПОСЛЕ ПРОБЕЖКИ.
ЛЮБЛЮ ТЕБЯ.»
— Смит…
Я поднял взгляд.
Роуз стояла у кухонной стойки недалеко от стола. Она положила сумочку Аликс на гранитную поверхность, рядом лежал телефон.
Корпус камеры Аликс был желтого цвета.
Этот был черным.
Роуз скрестила руки на груди, и у нее был такой вид, словно ее вот-вот стошнит.
— Последний раз я заходила сюда больше года назад. Я и не думала, что прошло столько времени. Мне это и в голову не приходило, пока мы не оказались в ее комнате, — она сглотнула, прижав руку к сердцу. — Я забирала ее отсюда, разговаривала с ней на улице, на ступеньках, но никогда не входила.
— Почему ты мне это говоришь?
Она покачала головой.
— Я не знала, что это происходит, Смит, — Роуз разорвала зрительный контакт, и я проследил за ее взглядом до шкафов и столешницы. — Как я могла не понять?
Роуз снова повернулась лицом к выходу, посмотрела на сумочку Аликс и, сунув в нее руку, достала кольцо.
Кольцо с бриллиантом.
«Какого хрена?»
— О, милая, — всхлипнула она.
Роуз разговаривала не со мной.
Она говорила так, как будто здесь была Аликс.
Затем коснулась экрана телефона в черном корпусе и прошептала:
— Это Дилан…
Я не мог вынести больше ни одной чертовой секунды.
Я находился в доме, в котором Аликс, очевидно, жила с другим мужчиной.
На свою зарплату она никак не могла себе этого позволить.
Роуз держала кольцо Аликс.
Все это время, черт возьми, она была помолвлена.
Именно по этой причине она никогда не приглашала меня к себе.
Аликс не хотела, чтобы я это видел.
— Роуз?
Ее взгляд, наконец, метнулся ко мне. В нем было столько эмоций; я не знал, какая из них преобладает, но от них всех у меня заколотилось в груди.
— Кто, черт возьми, такой Дилан? Что происходит? И почему Аликс нет в этом чертовом доме?
— За ужином она попросила меня не поднимать тему Дилана, — Роуз опустила голову, и у нее поникли плечи. — Теперь все это кажется очень логичным.
Я попытался собрать воедино то немногое, что она сказала.
— Что?
Роуз положила кольцо на стойку и придвинулась ближе ко мне.
— Мне нужно, чтобы ты доверился мне еще на несколько минут. А потом я обещаю, что все тебе объясню.
Она направилась к двери.
— Куда ты идешь?
Когда Роуз повернулась, ее глаза были полны отчаянья.
— Мне кажется, я знаю, где она.
Как раз когда я открыл рот, чтобы ответить, она прервала меня и сказала:
— Ты должен пойти со мной, Смит. Ты нужен ей.
СОРОК ДЕВЯТЬ
АЛИКС
НАШИ ДНИ
Мне было больно.
Ступням.
Ногам.
Животу от пронизывающей его дрожи.
Даже коже от мокрой, прилипшей к ней одежды.
Она была такой тяжелой.
Все внутри меня казалось невыносимо тяжелым.
И от каждого шага ткань натирала мне кожу.