— Скажи мне кое-что, Аликс. Зачем такой женщине, как ты, иметь трех соседей по квартире?

— Как я?

Я перекатил мяч по подлокотнику кресла.

— Сильной, независимой. Бесстрашной.

Аликс несколько секунд помолчала, а затем сказала:

— Моим родителям спокойнее, когда я живу в доме, в котором есть швейцар. Они всю жизнь прожили в старом мирном Мэне. Мысль о том, что я буду жить в большом городе, приводит их в ужас. Но именно там я и должна жить, потому что это одно из требований моей работы. При таких дорогостоящих потребностях я давно бы пошла по миру, не будь у меня соседей по квартире.

Я знал, сколько зарабатывают городские служащие.

Моя мать была одной из них.

Итак, я понял положение Аликс.

— Где ты? — спросил я.

— Ты имеешь в виду, прямо в эту секунду?

— Да.

— Я выхожу из пожарной части, направляюсь домой.

Я прожил в Бостоне всю свою жизнь, поэтому в общих чертах знал район, в котором находилась эта пожарная часть. Я только не знал, где там поперечная улица.

— Как далеко ты от станции Бэк-Бэй?

— Может, в семи кварталах или около того.

— Когда доберешься туда, пересядь на оранжевую линию до Даунтаун-Кроссинг. Когда ты выйдешь на улицу, я буду тебя ждать.

— Подожди. Ты хочешь, чтобы я села в поезд и встретилась с тобой? Сейчас?

Я посмотрел на свой компьютер, кликнул по календарю, чтобы открыть расписание. Оно показывало, что сегодня у меня еще четыре встречи, одна из которых начиналась через пятнадцать минут. Два селекторных совещания с Калифорнийским офисом, а через час — встреча с пилотом, на месяц отстраненным от полетов за появление в аэропорту в нетрезвом виде.

— Сделай это с бухты-барахты, Аликс.

Прошло несколько секунд, прежде чем она сказала:

— Хорошо, увидимся там.

АЛИКС

НАШИ ДНИ

Ресторан «Мэдисон», где я встречалась с Питером, находился всего в нескольких кварталах от моего дома, что позволяло легко дойти туда пешком. Надев жакет, я подумала, что ему рассказала обо мне Роуз и не решил ли он пообедать там из-за близости к моему дому.

Надо было ее спросить.

В любом случае, нам давно пора было поболтать. Я должна была позвонить ей сегодня после возвращения с работы, но была слишком занята, поскольку готовилась.

Поэтому, как только я закрыла за собой входную дверь, осторожно спускаясь по ступенькам, я достала свой сотовый и набрала ее имя в списке контактов.

Роуз ответила после первого звонка и сказала:

— Девочка, еще пять минут, и я бы позвонила и выпорола твою задницу. У тебя сегодня свидание. Как мы можем перед этим не поговорить?

— Знаю. Прости.

— Ты прощена.

Я рассмеялась.

— Мне нужно очень быстро кое-что прояснить. Это не свидание.

— А что же это такое?

Я задумалась над ее вопросом, пытаясь найти ответ, почему я перемерила несколько разных нарядов, прежде чем остановиться на этом, и потратила немного больше времени на макияж.

Правда была такова:

— Честно говоря, я не знаю.

— Этому не нужно определение. Ты собираешься на свидание; давай оставим все как есть. Скажи мне, что на тебе надето.

Хотя я знала, что прикрывает мое тело, я посмотрела вниз, проходя мимо большой группы мужчин.

— Джинсы-скинни, легкий свитер и сапоги до колена.

— Перед выходом ты выпила бокал вина?

Я задумалась, наступит ли в моей жизни момент, когда она перестанет задавать этот вопрос.

— Полбокала.

— Хорошо, — ответила Роуз. — Я надеялась, что ты это отпразднуешь, даже если меня не будет рядом, чтобы тебя заставить.

Это был еще один момент.

По крайней мере, она верила, что это был один из них.

Я не хотела слишком много об этом думать, поэтому сменила тему и спросила:

— Что вы с Терри делаете сегодня вечером?

Терри был женихом Роуз. Они начали встречаться вскоре после нашего совместного переезда, примерно в то же время, когда я познакомилась с Диланом. Когда между Терри и Роуз все стало серьезно, у них появилась своя квартира, а ко мне переехали двое пожарных с другого участка.

Через несколько месяцев я тоже уехала.

Как раз, когда я начала погружаться в это воспоминание под рассказ Роуз о том, какие у них планы на вечер, до меня донесся звук.

Звук, который я не могла игнорировать.

На который я настраивалась годами.

Этот звук исходил от человека, которому нужна помощь.