«Удалось, – подумал Дамиан, – и это было хуже всего». Все это время он думал, что они друзья. Они доверяли друг другу. Непринужденно смеялись вместе с Кираном и Сиеной. Как он мог не заметить? А с другой стороны, откуда ему было знать?

– Во всяком случае, Дамиана ты недооценил, – бросила раскрасневшаяся Роз в адрес Энцо. – Ты должен был знать, что в конце концов он тебя поймает.

Энцо издал смешок, закончившийся вздохом, а затем широко раскинул руки, указывая на их троицу.

– А разве он поймал меня? По-моему, я сам открылся вам.

– Ах ты… – Роз дернулась вперед, и у Дамиана замерло сердце. Он кинулся за ней, чтобы оттащить.

– Роз, не надо, – сказал он, а у самого в венах кровь кипела от злости. В битве против иллюзиониста ни за что не победить. Дамиан вдруг стал подвергать сомнению все, что видел и слышал за последние несколько недель. Не зря последователи Хаоса славились тем, что сводили людей с ума.

Глаза Роз стали стеклянными.

– Он убил Пьеру, Дамиан.

– Я знаю.

Взгляд Энцо смягчился, он почти с нежностью посмотрел на Роз.

– Не грусти, дитя Терпения. У нас ведь общие цели.

– С чего ты это взял? – парировала она.

– Ты ненавидишь то, как эта система обращается с людьми, и хочешь перемен. Ты не понимаешь, где твое место. – Он взмахнул длинными ресницами, уголки его губ поникли. – Знаешь, в тот день, когда Дамиан попросил меня доставить к тебе домой послание, я заинтересовался тобой. В тебе уживаются одновременно последовательница и мятежница, но ни то, ни другое все равно не кажется правильным, не так ли?

Губы Роз слегка приоткрылись.

– О чем ты говоришь?

Бледный лоб Энцо покрывала испарина, в голосе слышалось волнение. Он шагнул к Роз, в его черных глазах горел огонь.

– Ты, наверное, удивляешься, почему я позволил вам поймать меня, а не создал иллюзию, чтобы сбежать. Зачем я раскрываю тебе свои тайны? – Зловещий смешок. – Главного магистрата и его генерала больше нет. Жители Омбразии рассержены. Сейчас самое время для прихода к власти нового лидера. – Энцо вскинул руку в сторону Роз, словно желал издалека прикоснуться к ней. – Я не проявлял признаков благословения Хаосом, пока не стал старше. А потому до появления в Палаццо жил, выдавая себя за одного из заурядных. Я знал людей, присоединившихся к восстанию Пьеры Бартоло. – Он покрутил дулом пистолета и улыбнулся во все зубы. – Разве ты не видишь? Теперь, когда ее не стало, мятежникам нужна новая цель. Они помогут нам построить новую систему. Дети Хаоса и Терпения, действующие сообща, – этому всегда было суждено случиться.

– Что? – вспыхнула Роз. Дамиан с трудом удержался, чтобы не встать между ними. – Ты убил Пьеру, потому что хотел заполучить мятежников? Они никогда не пойдут за тобой, как и я. Ты спятил, раз считаешь, будто мы на одной стороне.

Энцо выпрямился, став почти одного роста с Дамианом. Сверкнул глазами.

– Мы на одной стороне. Мы хотим одного и того же. И я способен сделать так, чтобы это произошло.

Самое ужасное, что, когда он так говорил, Дамиан не сомневался в его словах.

Роз не уступала:

– Что именно произошло?

– Все. – Голос Энцо звучал опасно, вкрадчиво, маняще. – Все, что захочешь. Хаос и Терпение всегда представляли собой мощное сочетание. Только представь, на что мы способны вместе. Ты ведь и сама это понимаешь, не правда ли?

У Роз задрожали губы, тогда-то Дамиан осознал: Роз действительно понимает. Она может представить, каково это – построить вместе с иллюзионистом Омбразию своей мечты. Энцо мог добиться того, чего она одна никогда бы не смогла. Он разделял ее затаенный гнев и понимал так, как не понимал Дамиан. Как не мог понять.

Ему стало тошно.

– Роз. – Он услышал в своем голосе предательское отчаяние. – Не слушай его.

Но она не ответила. Ее взгляд был прикован к Энцо, который шагнул к ней, ступая по лужам крови.

– Скажи «да», tesoro, – прошептал он. – Лучшего времени для перемен не будет. Мы можем разрушить все это, – Энцо обвел рукой Палаццо. – Когда Хаос вернется, мы будем щедро вознаграждены. Никто не посмеет усомниться в нас. Ты узнаешь, что я обладаю большим даром убеждения. Я мог бы убедить и тебя, но не стану этого делать. Я хочу, чтобы ты сама сделала выбор.

– Роз! – вмешалась Насим, которая наконец сбросила с себя оцепенение. – Вспомни, почему ты присоединилась к восстанию. Потому что веришь, что каждый должен иметь равное право голоса. Как последователи, так и заурядные. Что бы он там ни говорил, на самом деле ты хочешь совсем другого. Вспомни, за что мы боремся.

Дамиан увидел, как взгляд Роз прояснился, она отвела глаза и уставилась на Насим.

– Ты права, – в итоге сказала она и вновь повернулась к Энцо. – Ты зря теряешь время. Я не желаю иметь с тобой дела. Я действительно изменю Омбразию, но без твоих методов.

Внезапно в лице Энцо произошла пугающая перемена.

– Это из-за него? – последнее слово Энцо прорычал, ткнув пальцем в Дамиана. – Дорогая, ты ведь не такая бесхребетная, как он. Ты создана для большего.