Стоя перед ним с генеральским значком на груди, Фалько как никогда походила на Баттисту Вентури. Она стала всего лишь очередным лидером в длинной цепочке людей, которые загоняли Омбразию в землю, купая страну в крови и предательстве. Они никогда не выступали на стороне добра. Сила никогда не благословлял Баттисту. Он всегда был трусом, который скармливал Дамиану сладкую ложь с первого дня его жизни.

Роз выругалась. Она направила свой пистолет на Фалько, но Дамиан не потянулся к своему оружию. Это всего лишь препятствие. Пустая трата времени.

– Тебе не победить, – рявкнула Роз. – Что бы, по твоему мнению, ни задумал Колдер, твоим солдатам против него не выстоять. Если честно, мне очень жаль вас всех.

– Колдер? – Фалько вскинула брови, и ее губы сильнее изогнулись в улыбке. – Ты говоришь так, словно он тебе друг.

Роз упрямо вскинула плечо.

– Может, так и есть.

– С твоей стороны глупо помогать ему. Я поняла, что ты предала свою страну, как только до меня дошла весть о падении нашего моста. Признаюсь, сперва я решила, что вы просто улепетываете из Омбразии, чтобы спасти свои жизни, как простые эгоистичные трусы. Но потом я получила очень интересное письмо от знакомой последовательницы Смерти, которая проживает в Атенеуме.

Дамиан резко выдохнул. Ему стоило знать, что нельзя было доверять той странной женщине-архивариусу. Значит, все это время Фалько знала, что они направляются на север.

– И да, – продолжила Фалько, – я знаю, что вы искали информацию о Хаосе. Ты думал, что с тобой что-то не так, да? Что же, тогда хоть в чем-то ты не ошибся. – Она усмехнулась. – Думаю, именно поэтому бречаатцы приютили вас, как брошенных зверюшек. Но Колдер Брин и его приспешники умрут сегодня. Мне известны его планы – я прочла тела погибших бречаатских солдат. Когда узнала, что вы собираетесь вернуться в ночь церемонии Сальвестро, мы решили провести ее на несколько часов раньше. Видите ли, мертвецы бывают очень полезны.

Ну, конечно. Вот как она узнала. Ведь это Фалько велела своим офицерам собирать тела бречаатских погибших. Но это значит, что она была чертовски сильным последователем, раз сумела увидеть больше, чем несколько последних мгновений перед смертью солдат.

Фалько махнула ружьем и уперла его дуло в Дамиана, хотя он даже не пошевелился.

– А ты… Ты тоже умрешь. Признаюсь, мне хотелось устроить для тебя показательную казнь, но, к сожалению, это небезопасно. Я уверена, ты понимаешь, почему я должна убить тебя сейчас.

– Нет! – закричала Роз, пытаясь закрыть Дамиана своим телом.

Фалько дернула запястьем, и один из ее офицеров бросился вперед и ударил Роз по голове прикладом аркебузы. Она пошатнулась и выронила пистолет. Каким-то образом ей удалось остаться в сознании, но ее глаза были широко распахнуты, пока она переводила взгляд с Дамиана на Фалько, отчаянно пытаясь что-то подсчитать. Дамиан знал, что Роз хотела лишь спасти его.

Она всегда хотела спасать людей. Возможно, порой вела себя грубо, а ее подход был весьма нестандартным, но от этого ее желание не становилось менее искренним.

– На колени, Вентури, – велела Фалько, больше не пытаясь скрывать самодовольство в голосе. – Самое время проявить немного уважения.

Дамиан рассмеялся. Он не мог сдержаться.

Смех вырвался из его груди, протяжный и низкий, а вместе с ним лопнул пузырь истерии. Жар вспыхнул на его коже, пронесся по венам и оцарапал горло. Он почувствовал, как внутри него словно прорвало плотину, и что-то вырвалось наружу. Огонь внутри разгорелся в адское пламя, и, хотя Дамиан был готов к боли, которую, несомненно, должен нести с собой этот жар, он не чувствовал ничего, кроме всепоглощающего ликования. Его душа разлетелась на осколки, и все же он был цел, а последняя частичка его существа, связанная чем-то, чему он не мог дать имя, освободилась.

И тогда он понял. Дамиан почувствовал неоспоримую силу поколений, стоявших за его спиной, и осознал, что должен сделать.

Он был не мальчишкой, воспитанным, чтобы сражаться, а мужчиной, рожденным для войны.

– Дура! – гаркнул он Фалько голосом, непохожим на свой. Это был голос древних. Голос могущества. – Как смеешь ты приказывать святому?

Затем он откинул голову назад и закричал, низвергнув мир в темноту.

Мир вокруг Роз исчез.