После того, что раскрыл им Энцо, Роз думала, что молодых последователей Хаоса убивают, но по какой-то причине этот метод казался еще хуже. Разумеется, они вообще не заслуживали смерти, но оставлять их страдать в темноте и одиночестве? Это еще более жестоко, чем дарить быструю кончину.

– Что касается Дамиана Вентури, – продолжил Колдер, – ему повезло, что он сумел подавлять свои силы так долго. Подозреваю, его отец, скорее всего, лично прикончил бы сына, если бы узнал о его связи с Хаосом. И отвечая на ваш предыдущий вопрос: да, я уверен, что Вентури – последователь, потому что человек, который контролировал вас той ночью, мертв. Его сила уже давно сошла на нет.

– Я думала, влияние последователей Хаоса может сохраняться некоторое время.

– Да, возможно, на несколько часов, но дольше – это редкость.

Они оказались снаружи, правда, в этот раз вышли через другую дверь. Перед Роз предстал пейзаж, который она видела из окна: они находились всего в нескольких ярдах от реки, и омбразийские военные лагеря раскинулись неподалеку. Шаткий мостик, перекинутый через реку, сверкал в полуденном свете.

– Но это можно обратить вспять? – не могла не спросить Роз, вспомнив, о чем они узнали в Атенеуме. «Предложи то, что было отдано». – Я имею в виду, раз магия Хаоса была усилена жертвоприношениями, значит, должен существовать способ ослабить ее вновь. Тогда Дамиан снова станет прежним.

Сколько бы раз Колдер это ни повторял, Роз не могла поверить, что Дамиан был последователем, тем более последователем Хаоса. Большую часть своей жизни он мучился от страха, что, являясь заурядным, был недостаточно хорош. Но благословение Хаоса… для жителей Омбразии это хуже, чем жизнь заурядного. Роз не могла избавиться от чувства, что она должна была каким-то образом это заметить. Она знала Дамиана почти всю свою жизнь. Почему сразу не поняла, кто он такой? Как получилось, что его магия ни разу не проявила себя?

– Говорят, это возможно, – согласился Колдер, и его голос прозвучал резко. – Что касается Вентури: люди не меняются, когда становятся последователями. Я не знаком с ним так близко, как вы, но это могу утверждать наверняка.

– Он изменился, – настойчиво повторила Роз. – Настоящий Дамиан – рассудительный. Он избегает насилия, если это возможно. – К собственному ужасу, она почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. – Он заботится об окружающих, даже когда не должен этого делать.

– Не знаю, что вам сказать. Может, воспитание отца укоренилось в нем куда глубже, чем вы думали, и его трудности рождены ненавистью к себе.

– Он давным-давно отринул «воспитание» Баттисты. Тут что-то другое.

Колдер пожал плечами.

– Тогда, возможно, дело в чем-то за гранью моего понимания. Признаюсь, я никогда не пробовал принести в жертву невинных людей, чтобы сделать своего святого покровителя сильнее.

– Значит, вы считаете, что Энцо поступил неправильно, совершив то, что совершил?

Генерал покосился на нее.

– Конечно, он поступил неправильно. Неужели я похож на чудовище?

– Но сейчас его поступок идет вам на пользу, – заметила Роз.

– И? Так получилось, и мы намерены этим воспользоваться. Это не значит, что я считаю поступок Энцо правильным. Можете думать, что я сошел с ума, но мне его жаль. Он вырос в Омбразии, с рождения скрывал свой дар… должно быть, его жизнь была довольно жалкой. Признаюсь, я не удивлен, что он стал тем, кем стал. – Заметив, как поморщилась Роз, генерал криво ухмыльнулся. – Я не плохой человек, синьора… ох. Какая у вас фамилия?

– Ласертоза, – ответила она, потому что не видела смысла утаивать эту информацию. – Роз Ласертоза.

Колдер слегка поклонился.

– Синьора Ласертоза. Вы можете считать меня жестоким, но я просто делаю то, что должен, даже если выбор бывает тяжелым.

– Я не считаю вас жестоким. – Роз с удивлением поняла, что сказала правду.

– Нет?

– Я знала жестоких мужчин.

Он склонил голову вбок.

– Тогда, возможно, вы понимаете, почему я не хочу оборачивать вспять то, что было сделано. По крайней мере, пока.

Они вышли на берег реки, и Роз сунула руки в карманы, проигнорировав пристальный взгляд Арайны. Вероятно, девушка хотела убедиться, что Роз не тянулась за спрятанным в одежде оружием.

– Потому что тогда ваша армия будет недостаточно сильна, чтобы захватить Палаццо.

– Верно.

Колдер задумчиво смотрел на воду. Возможно, Роз стоило бы испугаться, но она видела перед собой лишь молодого мужчину, закаленного потерями и невыносимым грузом ответственности. Внезапно она поняла, что Колдер Брин напоминал ей Дамиана. Или, по крайней мере, того, кем тот был прежде.

Порыв ветра ударил Роз в лицо, и она прищурилась.

– Зачем я здесь?

Лицо Колдера ожесточилось, словно он внезапно вспомнил, что они не друзья. Он указал на мост, который Роз заметила чуть раньше.