– Продолжай, все нормально. Я написал специально для тебя, дорогая, – подмигивает он.

– …обещаю служить тебе. Полностью посвятить себя…

Пробегаю взглядом по оставшемуся тексту: «Полностью отдаюсь тебе… во всех смыслах этого слова… буду твоей рабыней… своему хозяину… я посвящаю всю свою жизнь…»

В ушах стучит кровь, а перед глазами все расплывается.

Я роняю карточку на пол.

Данте поднимает ее и сует мне в руки. Он крепко хватает меня за запястье. Я пытаюсь выдернуть руку, но ничего не получается.

Мы смотрим друг на друга. Молчаливая битва взглядов.

Свежие отметины на его лице лишний раз подчеркивают очевидное: если я сделаю что-то не так, за это поплатится Ева. Но вдруг спасать уже некого? Возможно, теперь я должна бороться только за себя.

– Не стану этого делать, – возражаю я.

– Тогда взгляни на Луку в последний раз, – злобно говорит мой жених.

Снова повторяется та самая ночь.

Я рывком выдергиваю руку.

Данте поднимает мою голову. Наверное, гости считают это милым жестом.

Наши взгляды пересекаются.

Я выбрала сражаться вместе с Лукой.

Смотрю на собравшихся: Фрэнки, Грейсон и Лука – все они здесь. Он не один. Я делаю вдох.

Это мой последний шанс.

– Сокровище.

Данте удивленно поднимает бровь.

– Что ты говоришь? Ты опять напилась? – злобно шипит он.

Я поворачиваюсь к толпе, мой взгляд фокусируется на взволнованном лице Луки.

Он стоит с разинутым от удивления ртом. Все гости отступают на второй план.

Я вижу только Луку.

И просто надеюсь, что этого достаточно.

Одна я больше не справляюсь. Я не могу спасти Еву, если не спасу саму себя.

Мне нужен он.Глава 74

Лука

Меня поглощает ярость, когда священник произносит фамилию Капри. У Розы дрожат губы. Фрэнки, сидящий по другую сторону прохода, шипит:

– Ублюдок.

Я смотрю на Марию, которая даже не скрывает широкую улыбку на пухлых губах.

– Сюрприз, – шепчет она.

Мое сердце бешено стучит. Я высвобождаюсь из ее хватки и вытираю вспотевшие ладони о брюки.

Этого не может быть. Все это время ублюдки нас дурачили. Наши с Розой взгляды встречаются, и я читаю мольбу в ее наполненных слезами глазах.

Мое сердце замирает, когда она срывающимся голосом произносит одно-единственное слово, которое так много для нас значит:

– Сокровище.

Я поднимаюсь на ноги. Все гости поворачиваются в мою сторону. Они начинают тихонько шептаться, когда я завожу руку за спину и кладу ее на рукоятку пистолета.

– Сокровище, – уже громче повторяет Роза с нотками безысходности.

Весь мир для меня перестает существовать. Все меркнет. Плевать на последствия. Я развяжу войну, лишь бы защитить мою Розу. И если придется, отдам собственную жизнь.

Это непередаваемое ощущение.

Я надеюсь, что Энцо внимательно следит за происходящим, потому что через пару минут нам потребуется подкрепление.

Выхватываю пистолет и целюсь в Данте.

– Ты, кусок дерьма! – выкрикиваю я.

Он поднимает руки.

– Сэр, пожалуйста… – Священник вскидывает ладони, вставая между Данте и Розой.

Я взмахиваю пистолетом.

– В сторону, святой отец! Сейчас не время для милости Господа. Я – дьявол, явившийся мстить.

Священник недовольно поджимает губы, но все же отодвигается в сторону.

Удерживая Данте на прицеле, я подхожу к Розе и прикасаюсь ладонью к ее лицу. Она вздрагивает, когда снаружи раздаются звуки стрельбы. Я смотрю в толпу гостей – наши люди вскакивают со своих мест и разбегаются по залу. Мы против них.

Спасибо, Энцо.

– Детка, все будет хорошо, – шепчу я, прижимаясь лбом к ее лицу. – Люблю тебя. Обещаю, больше он никогда тебе не навредит. – Я прижимаю Розу к себе и крепко обнимаю, а затем переключаюсь на Данте. – На колени!

– Лука, не делай этого. И не только из-за нее. Ты же видел, что я сделал с твоей матерью.

Я шумно вдыхаю.

Ярость застилает глаза.

– Ты гребаная мразь, – цежу я сквозь зубы, делая шаг к нему.

На лице Данте ни капли раскаяния.

– Не заставляй меня повторять! – кричит Фрэнки где-то за спиной. Я поднимаю взгляд и замечаю, что Фрэнки и Грейсон целятся в Антонио.

Данте отходит на полшага и скрещивает руки.

– Эта потаскуха сама умоляла, чтобы я ее оттрахал. Предлагала себя, когда я работал на ее отца. Она была одержима мной…

– Заткнись! – Роза подбегает к нему и со всей силы бьет каблуком ему в пах. – Я ненавижу тебя! Верни мою сестру! – кричит она, царапая ногтями его лицо.

Продолжая целиться, я обхватываю Розу за талию.

– Детка, я со всем разберусь. Пожалуйста, успокойся!

Роза начинает рыдать, уткнувшись в мою рубашку.

У меня все еще кружится голова.

– Повтори свои слова, – приказываю я.

– Какие? Что я лишил ее девственности? – усмехается Данте.

Смотрю на бледное лицо Розы, на ее заплаканные глаза, и она кивает.

– Лука, это он, – шепчет Роза.