— Но ты все равно должна мне еще один танец. — Его волнистые волосы падают на лоб, а взгляд его глаз практически умоляет меня поиграть с ним.

— Ладно, — говорю я, подыгрывая ему. — Еще один танец за ответ на вопрос.

Он поднимает брови. — Это взятка, Грей?

— Это мои условия. Прими их или откажись от них, принц. — В ответ он лишь негромко хихикает. Он отворачивает голову от меня, размышляя, прежде чем наконец встретиться с моим взглядом.

Медленно он поднимает мою руку обратно в воздух, а другой рукой удобно ложится на мою спину. — Договорились.

Начинается еще один медленный вальс, занимающий меня музыкой и шагами, топящий меня в танце. Когда я уже не могу игнорировать ощущение его пристального взгляда, я наконец встречаю его взгляд.

— Хорошо, что ты хочешь узнать? — спрашивает Кай, ведя меня в танце.

Понятия не имею.

Он смотрит на меня, сквозь меня, ожидая ответа. Его серые глаза похожи то на кусочки льда, то на осколки стекла. Как и в том, и в другом случае, его взгляд острый и пронзительный. Холодный и в то же время завораживающий. Прекрасен так, как может быть прекрасна только смерть.

И вот так я вдруг не могу придумать, о чем бы мне его спросить. Я ломаю голову в поисках вопроса, и только потом выдаю первое, что приходит на ум.

— Ты хотел бы, чтобы это был ты? — Он моргает, темные ресницы трепещут. — Хотел бы ты быть будущим королем Ильи? Наследником?

Это совсем не тот вопрос, который я думала, что буду задавать, но вот, пожалуйста.

— Нет, — просто отвечает он, не сводя с меня взгляда.

Я поднимаю брови в немом вопросе. Когда он не продолжает, я говорю: — И это все? «Нет»?

— Ты получила свой ответ, а я получил свой танец. Таков был уговор, дорогая.

* * *

Я едва могу дышать.

Тонкие руки Адены так крепко обвивают мою шею, что я начинаю видеть пятна. Она вскрикнула и завизжала, когда заметила меня, ждущую у форта.

Моя лучшая подруга. Мой буквальный партнер по преступлению. В целости и сохранности. Красивая и кипучая, как всегда.

Ленни прибыл в мою комнату рано утром, готовый отвезти меня в Лут и забрать мою новую швею. Судя по всему, он получил на это разрешение, хотя я была слишком взволнована, чтобы расспрашивать о подробностях. Возможно, я даже визжала.

— Я буду твоей кем?! — пискнула Адена.

Я вздыхаю, хотя это больше похоже на смех. — Моей личной швеей. — Я уже раза три вводила ее в курс дела. — Я имею в виду, если ты не хочешь работать...

— Ты с ума сошла?! Конечно, я хочу эту работу, Пэ! — Она практически скачет, пока мы идем к автобусу, ожидающему в дальнем конце Лута.

Я осматриваю рынок и широкую аллею перед собой. Мой дом выглядит так же уныло и тоскливо, как и тогда, когда я его покинула. До меня доносятся звуки проклятий и торга, запах рыбы и специй. Все знакомо. Все одинаково.

Ленни открывает дверь кареты, мы с Аденой усаживаемся в нее, и вот мы уже мчимся по неровной мощеной улице, направляясь к дворцу.

— Я не могу поверить, что это происходит, — говорит Адена, с трепетом глядя в крошечное окно. Она оборачивается ко мне и широко раскрытыми глазами смотрит на повседневное платье, в которое Элли заставила меня облачиться. — Я не могу поверить в это. — Она переводит взгляд с моего лица на платье, затем берет подол юбки и осматривает его.

— Не привыкай к... этому. — Я жестом показываю на платье. — Обычно днем я ношу брюки, но Элли настояла, чтобы я надела платье, чтобы произвести хорошее впечатление на людей, которые увидят меня в Луте.

А людей, безусловно, было много. Несмотря на раннее время, рынок кишел мужчинами, женщинами и детьми, которые глазели на меня, когда я проходила мимо.

Не знаю, какое впечатление я на них произвела, но, тем не менее, впечатление произвела.

— Похоже, мы с Элли прекрасно поладим, — говорит Адена, улыбаясь.

— О, я уверена, что так и будет. — Я смеюсь и продолжаю: — И тебе будут платить, кормить, и у тебя будет настоящая кровать, чтобы спать по ночам. Мне сказали, что есть швейная комната, где ты будешь проводить большую часть времени, заполненная всеми видами тканей, о которых ты только могла мечтать.

При этой мысли глаза Адены заблестели. — Рай. Я буду в раю.

Я рассказываю ей обо всем: о подготовке, об интервью, об участниках. Она делает то же самое, рассказывая мне о своем пребывании в Луте, пока меня не было.

— Я уже начала думать, что ты про меня забыла! — со смехом говорит Адена, отбрасывая эту мысль. — И вот, пожалуйста, ты забираешь меня с собой!

Волна вины нахлынула на меня, угрожая утопить.

Я сглатываю, прежде чем открыть рот, чтобы попросить прощения, сказать ей, что я сожалею, чтобы...

— Я никогда не смогу забыть о тебе, А.

Никогда больше.