Она встречалась не с королем. Нет, королева не стала бы тайком пробираться в замок со своим мужем.

У нее был любовник.

Я со вздохом откладываю записку. Странно брать в руки частичку жизни из вещей умершего. Еще более странно обвинять покойную королеву в неверности. И все же, когда я смотрю на записку, меня что-то беспокоит.

Я отгоняю это чувство и продолжаю искать в остальных ящиках. В одном находятся заколки для волос, в другом — кольца. Мои пальцы тянут за последний отсек, который упорно не поддается. С треском он сдается, открывая для меня стопку смятых писем.

Тот же самый неразборчивый почерк покрывает каждый кусочек пергамента. Я просматриваю короткие письма, каждое из которых загадочнее, чем предыдущее.

Время. Место. Я люблю тебя. Всегда.

Мои пальцы вслепую шарят по ящику в поисках каких-нибудь забытых вещей из прошлого. В углу ящика лежит смятый лист пергамента, прижатый к дереву, вероятно, уже много лет. Я вытаскиваю его, прежде чем провести по пожелтевшей бумаге, разглаживая его на колене, прикрытом платьем. Внимательно изучив лист, я его переворачиваю и…

Я никогда не смотрела в лицо призраку, но в моем представлении это ощущается именно так.

Все мое тело немеет, когда фотография выскальзывает из моих пальцев. Что-то цепко и сокрушительно сжимает мою душу. Я понимаю, что это знакомое чувство. Это узнавание себя в другом.

Я смотрю на женщину. Она смотрит на меня.

Ее ярко-голубые глаза сияют почти так же, как и ее улыбка. В ее взгляде, в румянце на щеках чувствуется определенная теплота. Светлые волосы ниспадают на плечи свободными волнами. А ее нос…

Я делаю судорожный вдох, прежде чем поднести фотографию к лицу.

Ее нос усыпан веснушками.

Я смотрю на королеву. Она смотрит на меня.

Кровь взывает к крови. И когда я смотрю на Айрис Мойру, покойную и любимую королеву Илии, я вижу ее образ, текущий по моим венам. А кровь никогда не забывает.

Пергамент приземляется на кровать, пока я прикладываю твердую руку к колотящемуся сердцу.

Это безумие.

Вот что я повторяю себе снова и снова. Просто совпадение. Просто фотография с отдаленным сходством.

Я не принадлежу знати. Я не дочь королевы.

Дверь со скрипом открывается. Я все еще рассматриваю фотографию, когда в поле зрения появляется фигура и останавливается у моей кровати. Мой взгляд неохотно отрывается от лица Айрис и останавливается на Калуме.

Он стоит так же неподвижно, как и всегда. Но я вижу, как его лицо бледнеет.

Время замирает — Калум смотрит на кучу писем, я — на букет цветов в его руках.

Розовые розы.

Это мой букет. Теперь я понимаю, что забыла про него, когда мы спешили в тронный зал. Наверное, он нес его мне. Моргнув, я опускаю взгляд на завядший цветок рядом со мной, сорванный за много лет до этого момента.

Что-то снова не дает мне покоя в уголке моего подсознания. Это похоже на интуицию, которая предчувствует схватку еще до того, как будет нанесен первый удар. Или на момент до того, как я соберу воедино все наблюдения, мысленно выстраивая историю в единое целое. Или на воспоминание, всплывающее именно в тот момент, когда мне нужно в нем разобраться. Потому что ничто не остается незамеченным.

«Теперь мне пора на встречу с Киттом, но я обязательно сообщу ему, как ты красива в свадебном платье».

Калум стоял всего в нескольких шагах от того места, где он находится сейчас, когда этот комплимент сорвался с его языка. Но я концентрируюсь на следующей фразе. На той, что обвиняющим эхом звучит в моей голове.

«Розы из моего сада будут отлично смотреться с ним».

Уже тогда я почувствовала это смутное беспокойство, этот укол интуиции, но решила не обращать на это внимания. Моя вера в Калума воздвигла стену вокруг моего сердца, но понадобилась всего лишь одна роза, чтобы она рухнула.

Все происходит так быстро, словно я совершаю неизбежный прыжок перед падением. Мои мысли путаются, перетекая одна в другую. Прошлое стремительно приближается к моему настоящему, накладываясь друг на друга, чтобы привести к одному четкому выводу.

Я опускаю взгляд на увядший цветок.

Слова Элли внезапно всплывают из глубин моего сознания.

«Здесь, на территории дворца, есть розарий. Прекрасные розовые цветы, насколько я помню».

Голова идет кругом.

Этот розовый сад существует здесь уже несколько десятилетий.

С каждым вдохом становится все легче.

Фатал. Лидер Сопротивления. Человек, который всегда оказывается в нужное время в нужном месте.

В мой затуманенный разум врывается поток вопросов, на которые нет ответов, вызывая головокружение. Смятение закрадывается в каждую мысль, в каждое мгновение, проведенное с Калумом. От его речи о Сопротивлении в Чаше до кольца на моем пальце.