Комната большая, с собственной зоной отдыха, ванной комнатой и окнами, выходящими на обширный задний двор.

— Ты можешь украсить его так, как захочешь. Я только прошу тебя делать уборку, так как экономке не разрешается входить. — Она смотрит на меня.

— Ты действительно все продумал, не так ли?

— Все, кроме тебя.

— Похоже, Айрис чувствует себя как дома. Я уверен, тебе это нравится. — Кэл оценивает одно из растений, которое она добавила в угол нашей гостиной. Мой дом постепенно превратился в детскую, где каждый день появляются новые растения, заполняющие пустые углы и пустые стены.

Я игнорирую его, делая глоток своего напитка.

— Как продвигается твоя часть дедушкиного завещания? — Он пожимает плечами.

— К чему такая спешка? Завтра ты не станешь генеральным директором.

— Нет, но если я добьюсь своего, то стану им к концу года. — Он поднимает брови.

— А Айрис знает об этой ускоренной временной шкале?

— Она знала о сделке, когда подписывала контракт. — Его брови подпрыгивают.

— Но это не значит, что она готова завести ребенка прямо сейчас.

— Хорошо, что у нее будет еще девять месяцев, чтобы привыкнуть к этой идее. — Звук застрял у него в горле.

— И мы решили, что женитьба на ней немного очеловечит тебя.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что ты ее уважаешь.

— Так и есть. — Ее способность работать рядом со мной как ресурс, а не как помеха, уже ставит ее на шаг впереди всех остальных. Она быстро соображает и готова сделать все возможное, чтобы обеспечить мне успех, даже если для этого придется выйти за меня замуж и родить ребенка. Я не мог заплатить за такую преданность. Я пытался, но после того, как отпугнул нескольких невест, я прекрасно понимаю, как сильно мне нужна Айрис. Если она думает, что мы станем лучшими друзьями из-за этого, то так тому и быть.

— И мы знаем, что она тебя привлекает.

— Кто это «мы», о которых ы все время говоришь?

— Роуэн и я.

— Неужели у тебя нет другого занятия, кроме сплетен обо мне за моей спиной? Типа: «О, я не знаю, найди Алану и сделай все, что попросит дедушка» — Кэл, избегающий своей бывшей девушки, продержится недолго, особенно когда дедушка наложит ограничение по сроку на пункт о наследстве. Он должен связаться с ней к концу года, если планирует когда-нибудь получить свою часть акций компании. После всех огорчений, которые он причинил мне из-за моей роли, самое меньшее, что я могу сделать, — это напомнить ему о его безынициативности.

У него тикает челюсть.

— Это не сработает.

— Что?

— Ты пытаешься поднять меня, потому что защищаешься из-за Айрис.

— Почему я должен чувствовать необходимость защищаться?

— Скажи мне, ведь ты сам сказал, что тебе все равно, на ком жениться, лишь бы они были… Повтори, как ты это сформулировал? — Он постукивает себя по подбородку. — Ах да. — Практичная, плодовитая, и ее лицо считается достаточно пропорциональным, чтобы считаться привлекательным. — Мои пальцы, сжимающие стакан, сжимаются сильнее.

— Я знаю, что сказал.

— Не похоже, чтобы он хорошо старел, не так ли? — Моя челюсть сжимается.

— Какой смысл поднимать эту тему?

— Я упоминаю об этом как предупреждение. — Я молчу, вместо этого делая большой глоток своего напитка.

— Ты можешь быть моим братом, но Айрис — мой лучший друг. И хотя я хочу, чтобы ты преуспел и стал генеральным директором, я не позволю тебе уничтожить ее в погоне за тем, что, по твоему мнению, может сделать тебя счастливым. — Я бросаю на него скучающий взгляд.

— Если Айрис обеспокоена, она может поговорить со мной сама. Ей не нужно посылать за мной своего сторожевого пса.

— Ее это не волнует, но меня это волнует.

— Если это то, что влечет за собой дружба, я понимаю, почему мне лучше без нее. — Его губы сжимаются в тонкую линию.

— Не разбивай ей сердце. — Из меня вырывается тихий смешок.

— Это должно волновать тебя меньше всего.

— Конечно, я волнуюсь. Ты бессердечный ублюдок, который не знает, как заботиться о ком-то еще.

— Я помог вырастить тебя, и ты оказался достаточно приличным. — Его челюсть сжимается.

— Мы — твоя кровь. Ты вынужден любить нас, хочешь ты этого или нет.

— Кровь ни хрена для меня не значит. Ты лучше всех должен это знать. — Забота о моих братьях не имела ничего общего с нашей общей ДНК. Перед смертью я пообещал маме, что буду рядом с ними, и выполнил свою часть нашей сделки, невзирая на личные последствия.

Он со вздохом отводит взгляд.

— Просто позаботься о ней.

Мое сердце сильнее колотится в груди, когда я пересматриваю весь этот разговор. Холодок пробегает у меня по спине.

— Ты в нее влюблен? — Вопрос выходит гораздо более взволнованным, чем мне бы хотелось.

Его глаза сияют, когда он смеется.

— Нет.