Агата кивнула. Скверное предчувствие не отпускало, она вспомнила о потухшем огне, а теперь новость о неразложившихся мертвецах. Сознание наполнилось тревогой. Сверху через дыру рухнули два новых упыря, Александр уже не стал ими заниматься, а потащил Агату к выходу. Оказавшись снаружи, она зажмурилась от ударившего в лицо солнечного света, поэтому не сразу разобрала количество собравшихся противников. Александр захлопнул дверь за спиной, чтобы оставшиеся внутри не вырвались, Агата дёрнула его в сторону, убирая с пути несущейся твари, но не заметила противника справа. Из горла вырвался короткий крик, когда зубы впились в её плечо. Александр отцепил тварь и, отбросив, взмахнул клинком, чтобы снести ему голову, как другое лезвие успело быстрее. Александр закрыл Агату собой, когда незнакомец в непринуждённом развороте разрубил ещё четверых упырей, множа изуродованные тела.

У него был чёрный плащ, капюшон скрывал голову и лицо, но его движения и меч буквально гипнотизировали, заставив Агату растерянно застыть. Полностью чёрное лезвие было слишком массивным и широким, клинок – больше любого виденного Агатой двуручного меча. Человек не способен управлять таким оружием, но незнакомец двигался с удивительной грацией и лёгкостью, словно меч ничего и не весил. Мужчина играючи отрубил очередную голову и пинком отправил в полёт раньше, чем она успела коснуться земли.

– Нити… его клинок режет нити, – ошарашенно пробормотала Агата.

Александр опустил свой меч, но оставался настороженным. Лишь клинок Морока мог резать нити, но всех слуг Тени они знали.

Незнакомец, кажется, даже позабыл о них, продолжая неустанно уничтожать упырей и всех попадающихся мертвецов на пути. Он оставил за собой улицу из изувеченных тел и, только разобравшись со всеми, замер, вспомнив о наличии свидетелей.

Дороги опустели. Нечисть прекратила появляться, разбежалась, будто чуяла, что их ждёт. Удовлетворённый работой незнакомец вернулся, но, приметив предупреждение в позе Александра, остановился на расстоянии.

– Кто ты та… – Агата не договорила, огромный меч рассыпался на пепельные хлопья и сумрачный дым, исчезая на глазах.

Мужчина сбросил капюшон, открыв лицо и довольную улыбку. Он был молод, поразительно молод для продемонстрированного мастерства. Каштановые кудрявые волосы, чарующе привлекательная внешность и нереальные, золотые с чёрными белками глаза.

– Отличный план. – Он ткнул пальцем в направлении пожара и усмехнулся, изумление Агаты и Александра его позабавило. – Я дал немного времени, но затем пришлось затушить пламя, а то Рокель за сожжённый Сечень спасибо не скажет, хотя… – Он призадумался, демонстрируя искреннее сомнение, из-за чего его лицо стало более юным. – Вряд ли Рокель хоть чему-нибудь обрадуется.

Рокель?

Это имя упоминал Илья, рассказав ей в пути о своём сне. Он ей и про найденную книгу всё в подробностях описал.

– Кто ты такой? – повторил Александр.

Незнакомец встрепенулся, открытая широкая улыбка вернулась на лицо. Он перевёл взгляд с Александра на Агату и обратно. Она была уверена, что видит восторг, хоть и глаза были необычайно странными, чтобы точно прочитать настроение.

– Мы так давно за вами следили, что эта встреча на самом деле долгожданная, – сказал мужчина. – Я тот, кто дал Морокам силы и кого вы называете спутником Мораны или же её Тенью. Хотя на самом деле меня зовут Алай.

– А… – У Агаты даже не вышло повторить его имя.

Она не ужаснулась, не пала ниц и не ощутила страха. Она продолжала смотреть на создателя Мороков и не знала, как реагировать, не чувствуя ничего из того, что должна была бы перед тем, кто символизирует собой бесконечную пустоту, что хуже смерти. Глава палачей был красив и юн, а его улыбка оставалась восторженной, совсем как у Ильи, отыскавшего какую-нибудь древнюю рукопись.

Агата невольно вздрогнула, заметив какую-то вспышку за охранной стеной, но стоило поднять глаза, и она ничего не нашла: небо оставалось по-вечернему безмятежным. Она прослушала вопрос Александра, переведя внимание под ноги, – земля на миг вздрогнула или ей почудилось? Агата не была уверена, слишком уж возникшее дурное предчувствие было мимолётным.

Внезапно радость пропала с лица Алая, а взгляд резко метнулся в направлении далёких ворот. Несколько ударов сердца он прислушивался, а после с тревогой в голосе спросил:

– Что-то не так. Где видящий?

– Ты не знаешь? – с подозрением уточнил Александр.

– Нет, мы потеряли его образ в десять лет. Что-то произошло, и он исчез из нашего поля зрения.

В десять лет?

– Он стал Мороком, – озвучил мысль Агаты Александр, и во взгляде Алая отразилось замешательство, словно на такой поворот он не рассчитывал.

– Неожиданно, – пробормотал он, потерев ладонью лицо. – Мы думали, что уже проследили все последствия вмешательства Рокеля, но, похоже, моя неспособность почуять видящего как Морока стала одной из них. Нам известно лишь то, что Александр приведёт к видящему, поэтому попросили Лелу отыскать именно тебя.

Александр наблюдал за спутником Мораны со смесью привычной подозрительности и знакомого Агате недоумения, будто и он не мог решить, как относиться к Алаю. Все трое резко обернулись, заслышав топот. На их глазах бес врезался в ворота, расширяя небольшой пролом до огромного, а за ним в расщелину повалила толпа упырей, направляясь в сторону княжеского двора. Сердце хоть и молчало, но ухнуло куда-то вниз от испуга за Илью. Александр первым бросился за тварями, следом побежали Агата с Алаем.