Она покачала головой. Она даже не могла смотреть ему в глаза. С тех пор, как она видела его в последний раз, прошли всего несколько часов, но она снова была потрясена. Каждый раз. Как же ей быть? Он был воплощением силы и мужской красоты. Платоновский образ совершенного человека, ставшего плотью.

-Кора, - мягко позвал он ,- Посмотри на меня.

Она повиновалась. Она не могла сказать ему, что не может смотреть на него прямо, иначе его совершенство опалило бы ее, как солнце. Она встретилась с его серыми глазами и приветствовала внутреннее трепетание, тысячу бабочек, устраивающих вечеринку посреди нее.

-Как тебе вечеринка? - спросил он, сжимая глаза. Как будто он знал, как он на нее действует, и ему это нравилось.

Перед ними раскинулась сверкающая терраса. В центре был освещен жемчужно-голубой бассейн, и повсюду собирались красивые люди, красиво болтая.

-Все так прекрасно.

Кора склонила голову набок.

-Но?

Кора моргнула. Она не хотела позволять себе проявлять недовольство. Она знала, что все это должно было быть удовольствием. Стать моделью. Приходить сюда на эту модную вечеринку. Это был момент Золушки, и она не хотела показаться неблагодарной - тем более, что ей платили сверх всего остального.

-Не стесняйся меня сейчас, - сказал он. Это была еще одна причина, по которой она не могла на него смотреть. Его пристальный, требовательный взгляд всегда выявлял правду.

Она наклонилась.

- Это не совсем моя сцена. Я вроде как… - Она снова посмотрела на всех ,-Не знаю, как будто я ученая, а это социологический эксперимент. И я переодеваюсь, наблюдая за красивыми людьми в их естественной среде обитания. Я чувствую, что мне следует делать заметки для бумаги или чего-то подобного.

Маркус приподнял бровь.

-Как она.

Кора кивнула в сторону особенно истощенной модели, которая очаровывала ее большую часть часа.

-Виды modelapian domesticus, вес около 95 фунтов. На самом деле никогда не ест еду, а держит ее между указательным и большим пальцами и делает вид, что ест ее тридцать восемь с половиной минут. Затем она небрежно ставит его на поднос проходящего официанта и снова начинает всю шараду с другого блюда. И даже не рассказывай мне о брачных ритуалах.

Маркус рассмеялся и удивился самому себе.

А затем, к удивлению Коры, он зацепил ее за талию и потащил от бара, где она стояла, в темный угол, скрытый за двумя высокими посаженными пальмами.

Света было достаточно, чтобы увидеть блеск в его глазах.

-Ты мне нравишься.

Он произнес это так торжественно, что Кора не могла понять, доволен он этим или нет. Кора определенно была рада это услышать. В самом деле, в восторге.

-В самом деле?,- запищала она.

Это вызвало полуулыбку, к которой она быстро пристрастилась.

-В самом деле.

Он наклонился, его тело переместилось, чтобы прижать ее спиной к стене здания.

О боги, неужели он действительно собирался…?

Его губы нежно прижались к ее губам, но только на мгновение. Как и все остальное в нем, его губы быстро стали требовательными.

И Кора была бессильна делать что-либо, кроме как подчиняться.

Ее губы приоткрылись, и он воспользовался случаем, чтобы погрузить свой язык в ее рот.

Ее никогда не целовали, по-настоящему не целовали, и… Она подняла руки и обняла ими широкие плечи Маркуса, хотя бы для того, чтобы было за что держаться. Потому что ей казалось, что она может взлетать, подниматься и проваливаться.

Он неистово целовал ее. Ее живот переворачивался от каждого мощного движения его языка. Кора не могла не приподнять грудь и прижаться к нему. О боги, неужели она это сделала?

Она попыталась отодвинуться, но Маркус обнял ее за талию между ней и стеной, еще сильнее прижимая ее к своему телу.

Ее глаза распахнулись. Он был… Она чувствовала его… его твердость. Она задыхалась между поцелуями, и когда он, наконец, отстранился и обхватил ее лицо своей сильной рукой, она прикоснулась к нему щекой, ошеломленно моргая, глядя на него.

На его лице была довольная улыбка.

Забрал бы он ее сейчас домой и… и занялся бы с ней любовью? Вот что случилось бы потом, верно? Несмотря на то, что он оставил между ними немного места, она все равно могла его чувствовать.

Она мало что знала о сексе, но знала, что ей этого хочется. Она хотела всего, что мог дать Маркус.

Она никогда раньше не чувствовала себя так. Его присутствие охватило ее. Было ли это влечением? Или что-то большее? Каждая молекула в ней дрожала, стоя по стойке смирно.