Я покраснела еще сильнее, и теплый шерстяной комплект из шапки с шарфом тут был совсем ни при чем.

– Возьму что-нибудь почитать.

– О боже! – Теперь она уставилась на меня в ужасе. – Ты идешь на встречу с кем-то? Это свидание? Но ведь ты никого тут не знаешь! И ты… тебе всего шестнадцать, Герда! – Мама схватилась за голову. – Скажи, что завела подругу. Ох, нет, у тебя же не было на это времени…

Ее паника вызвала у меня улыбку.

– Мам?

– Да? – Она принялась обмахивать себя руками.

– Всё хорошо. Дыши.

– Я просто… – мама пожала плечами. – Просто разволновалась! Вдруг поняла, что тебе скоро семнадцать. Не всего, а уже! Понимаешь? Семнадцать! И ты опять куда-то идешь. Одна. Вдруг это свидание? С настоящим мальчишкой! Да тут любая мать сойдет с ума! И ты… ты так изменилась в последние дни…

Я подошла к ней и погладила по плечу.

– Во-первых, перестань смотреть на меня так, будто я при смерти. Со мной всё в порядке. Никакое это не свидание – разве что с книгами. Честно.

– Да? – немного наивно посмотрела на меня мама.

Я рассмеялась.

– Да. Честно.

– Тогда, может, возьмешь с собой свою непутевую мать? – она просияла, довольная собственным предложением. – Дома ужасно скучно одной.

Честно говоря, я даже растерялась. Не знаю, что имел в виду Кай насчет затеи с библиотекой, но вряд ли формула идеального свидания предполагала наличие переменной в виде моей матери.

– Э…

– Я перегибаю палку, да? – вздохнула мама. Она убрала с моего шарфа невидимую пылинку и закусила губу. – Прости. Наверное, я переволновалась. Твоя юность утекает как песок сквозь пальцы. От мысли, что ты перестанешь быть моей маленькой девочкой, мне становится страшно. Ты такая взрослая, умная, сильная, а я… А я все время переживаю, что не справлюсь с ролью твоей матери.

Я выдохнула и притянула маму к себе. Уткнулась носом в ее шею. Этот маленький город снова сблизил нас. Мы не были так близки и не разговаривали так открыто с тех пор, как папы не стало. Я все время думала о том, как мне плохо, ведь я потеряла отца, но маме было ничуть не легче: она потеряла любовь всей своей жизни. Никто не должен терять любовь.

– Я всегда буду твоей маленькой девочкой, – прошептала я. – Даже не переживай.

– Какая же я дурочка, – всхлипнула мама, стискивая меня в объятиях.

– Зато любимая, – усмехнулась я.

– Я пошутила. Не пойду с тобой никуда, – улыбнулась она, отпуская меня. В ее глазах блестели слезы. – Просто пошутила. Иди в библиотеку, набери там кучу книг!

– Нет уж, мам. Пошли. – Я тронула ее за локоть. – Сходим вместе.

– Нет-нет, наверное, ты договорилась с кем-то.

От меня не укрылся ее внимательный взгляд.

– Вовсе нет. Просто в понедельник первые занятия в новой школе. Книги должны помочь мне успокоиться. Пойдем вместе, если хочешь.

– Все нормально, останусь дома, – заверила мама. – Мне правда нужно заняться уборкой и приготовить обед.

– Я могу помочь с обедом, как вернусь, – предложила я. – А потом можем вместе сходить в кафе.

– Договорились. – Она быстро смахнула слезы. – Ну ладно, иди. Повеселись!

– Библиотека – лучшее место для веселья, – усмехнулась я.

– Иди. – Мама поцеловала меня в лоб, развернула и подтолкнула к двери.

Я вышла из дома, спустилась по ступеням и помахала маме на прощанье. Она махнула в ответ и закрыла за мной дверь.

Холодное солнце освещало улицу и поблескивало на покрытых инеем крышах. Ветер легонько дул, вытесняя с синего неба ворох пухлых белых туч. Интересно, какой сегодня день у Кая? Какая погода? Что он видит, глядя в это вечное небо, для которого год не время, а бесконечность не расстояние?

Я взглянула на дом наискосок. При свете дня он казался заброшенным – особенно по сравнению с нашим, хотя в остальном выглядел абсолютно так же. Можно было понять его владельцев: наверное, переехали в город побольше. Здесь и правда было тише, чем во Флодберге. Меньше людей и шума. Но была в этой тишине какая-то прелесть. Душевность.

Я с улыбкой двинулась вдоль улицы. Снег громко хрустел под ногами, но эти звуки заглушал голос Кая, который пел в моей голове ту чудесную песню. Да, я постоянно слушала ее с того момента, как пленка оказалась у меня. И что с того? Так создавалось ощущение, будто мы рядом. Будто я могу прикоснуться к нему. Будто знаю его настоящего – такого, каким его не знают даже друзья и одноклассники.

Хм, у нас как будто отношения…

Я спрятала улыбку под объемный шарф и ускорила шаг. Сердце забилось быстрее.