Темно-синяя рубашка, расстегнутая на несколько верхних пуговиц, открывала моему взору линию его ключиц, шею, на которой отчаянно пульсировали вены. Почему он волнуется? Или бежал? Его возбужденный вид толкнул меня к грани, позволяя заглянуть вглубь своих истинных желаний. Я бы хотела провести языком по этим венам, коснуться впадинки под шеей кончиком языка… и…

Я облизала пересохшие губы, мой взгляд поплыл ниже –– туда, где выглядывал край татуировки, набитой на его груди.

Позволяет ли он кому-то трогать себя? Изучать? Разглядывать рисунки на его теле? {Позволил бы ли он это мне, если бы я захотела? Прикоснулась?}

Джаред окидывает беглым взглядом всех собравшихся, и наконец, смотрит в упор на меня. Наши взгляды встречаются, я понимаю, что выгляжу жалко и испуганно. Беатрис ясно дала понять, что Джаред очень занят в Нью-Йорке, кажется, она упоминала о встрече, на которой должен присутствовать именно президент компании. Тогда что он делает здесь? Пересек половину мира, {чтобы просто увидеть?..} Нет. Глупо думать, что он здесь из-за меня. Это уже за гранью реальности, моя бредовая и пугающая фантазия.

Джаред не отводит взгляд и смотрит на меня куда дольше, чем на остальных. Плевать. Я не могу отвести взгляд сразу. Не могу сдаться. Бросаю ему вызов, вздергивая подбородок. Сердце стучит так сильно, что я боюсь, Джаред может его услышать.

А в ответ лишь невербальное…

{«Я здесь, крошка. Ради тебя.»} –– будто говорит его горящий взор, и внутри меня все падает вниз, куда-то в область живота, которую ласкает его взгляд и языки пламени в его глазах. Мне страшно, потому что {«ради тебя»} Джареда –– это не милые слова, это не комплимент и не признание в симпатии. {«Ради тебя»} из уст Джареда — это обещание зажечь внутри меня огонь и испепелить дотла, а после развеять по ветру.

Это неизбежно.

Под столом я начинаю нервно массировать костяшки своих пальцев, стараясь причинить себе легкую боль. Мне хочется отвлечься, хочется переключиться на свое тело, забыть о перевороте в душе, забыть о бабочках, которые то порхают в груди, когда смотрю на Джареда, то падают вниз.

{Боже, что за чертовщину он будит внутри меня?} Всю конференцию Джаред даже не смотрит на меня, он опять равнодушен, словно меня здесь нет.

Будто не было этого взгляда «ради тебя я здесь». Я опускаю голову, часто моргаю, чтобы не заплакать. Так можно и с ума сойти. Потому что теперь, когда часть меня вопреки всем моим принципам, правилам и рассудку хочет его, мне так трудно сдерживаться.

Дело в воспоминаниях о его теле рядом с моим, дело в снах, которые я забываю на утро. Но я точно знаю, что в этих снах я вижу, как моя бледная кожа сливается с его –– горячей, цвета молочного шоколада. Теперь мне нужно знать, каков на вкус каждый миллиметр его кожи. Не только губы… Сладкая? Соленая? Черт возьми, в течении следующего получаса я выпила две бутылки воды, но это не помогло мне потушить пламя, опоясывающее бедра.

{Остановись, Мэл.}

Когда этот АД, наконец, заканчивается, я сразу переключаю внимание на Николаса, который уже спешит ко мне. Уже вечер, и, я так понимаю, сегодня Париж я не увижу.

–– Приглашаю всех присутствующих отдохнуть после долгих переговоров в «Maison blanche», –– объявляет Беатрис. Все облегченно выдыхают, кто-то начинает улыбаться и хлопать в ладоши. Я тоже хочу в ресторан. Я хочу прогуляться по вечерним Елисейским полям. Но я не пойду. Там будет Джаред.

–– Мэл, предлагаю нам с тобой кое-что поинтереснее, –– шепчет мне на ушко Николас, и я расцветаю. Беатрис походит ко мне, один ее взгляд чего стоит –– будто оплевала и сравняла с землей.

{Я знаю почему… знаю. Не могу не догадываться. Неужели так заметно?.. Искры между нами с Джаредом?}

–– Мелания, –– полным скрытых проклятий голосом отчеканила Беатрис. –– Надеюсь, ты примешь участие в вечере, –– в каждом слове Беатрис я слышала другое: {«гребанная сука, только попробуй пойти».} И стало даже как-то обидно. Ведь я буду только рада, если Джаред прекратит пожирать меня взглядом и преследовать.

{Повсюду.}

{По всему миру.}

Оставался только один вопрос: не кажется ли мне это? Может я просто сама уже схожу по нему с ума, и придумываю такие страсти? Я же фантазерка, творческая натура. Чего только не навыдумываю. Но судя по реакции Беатрис, фантазирую не только я.

–– Прости, Беатрис. Я не пойду, –– несмотря на то, что девушка ведет себя агрессивно, я остаюсь сдержанной и милой. Разозлить меня может только один человек, и он находится неподалёку.

–– Мелания, но я настаиваю. Это необходимо, тебе нужно влиться в коллектив.