–– Успокойся, Беа, –– жестко произношу я, чувствуя внезапное раздражение. –– Или я уволю тебя. Ты становишься навязчивой.

–– Прости. Что ты хочешь на вечер? Как обычно? –– после небольшой паузы нейтральным тоном спрашиваем Мур.

–– Как обычно. Ты все прекрасно знаешь сама.

–– Я жду тебя, Адам. Без тебя не начинать?

–– Напротив, я не горю желанием слушать всю эту муть. Будет даже лучше, если я приеду к концу. Да, так и сделаю. Спасибо, Беа. Увидимся.

Отель выбран удачно. Шикарный пятизвездочный «Хилтон» в самом центре, с видом на Эйфелеву башню. Лимузин везет меня мимо Триумфальной арки, исторических помпезных зданий, украшенных лепниной и резными балконами, вдоль бульвара с огромным количеством бутиков именных брендов, и я с саркастической улыбкой представляю, что Мэл тоже ехала тем же маршрутом. Моя девочка, ты уже полна восторга и предвкушения? Ты ослеплена красотами и роскошью?

Отель утопает в огнях. Огромный, величественный, торжественный, с шикарным парадным входом. Просторный холл с высокими потолками и пафосным интерьером. Администратор спешит ко мне с приветствиями. Амир мрачно встает между мной и чрезмерно активной девушкой, на что я иронично приподнимаю уголки губ, отрицательно качая головой телохранителю. Девушка провожает меня до лифта, и потом прямо в апартаменты, не переставая расхваливать достоинства отеля. Когда она, наконец, покидает номер, я даже не замечаю. Просто становится тише.

Нас с Мэл разместили на разных этажах. Мое личное решение. Я в президентском люксе под самой крышей с выходом на просторную террасу, она вместе с коллегами на четвертом и пятом этаже в номерах категории делюкс. Никакого излишества. Мэл не должна чувствовать моего особого отношения. Уверен, что ее злит мое отстраненное сугубо-официальное поведение. К тому же, Мелании не стоит забывать, насколько выше ее я нахожусь на социальной лестнице. Пусть трепещет и облизывается… А потом я позволю ей облизать все, что она пожелает. Черт, не стоит думать об этом сейчас.

Заказываю обед в номер, принимаю душ и переодеваюсь в черные брюки и темно-синюю шелковую рубашку, облегающую тело, как вторая кожа. Никакого пиджака и галстука. Это Париж. Август. Тридцать градусов. Расстегиваю несколько пуговиц на вороте, провожу по волосам небрежным жестом.

Когда через полчаса, я вхожу в многоэтажный бизнес-центр в деловом районе Парижа, меня снова встречают с подобострастными улыбками и сопровождают в конференц-зал. Двери услужливо распахивают, и по широкому проходу я направляюсь к своему центральному месту, где мне уже приветливо улыбается Беатрис. Коллеги и другие участники конференции замолкают. Мероприятие закончится минут через сорок, но создается ощущение, что до меня все просто сидели на своих местах и пили воду из бутылок. Черт. Я даже не помню тему обсуждения.

–– Рады, что вы нашли для нас время, мистер Саадат, –– приветствует меня ведущий мероприятия. Я честно пытаюсь вспомнить его имя. Не выходит, и я просто вежливо киваю.

–– Хотел раньше, но вылет задержали. Прошу вас, продолжайте.

Конференция идет своим чередом, но я в ней не принимаю никакого участия.

–– Я думала, ты не появишься. Все в шоке. Тебя не ждали, –– шепчет мне Беатрис, немного наклонившись ко мне, обдавая ароматов сладковатых пряных духов, я смотрю на ее пальцы, которые по хозяйски легли на мой локоть, потом в смелое, отнюдь не официальное декольте. Поднимаю взгляд на ее лицо, кошачьи глаза с поволокой, с прискорбием осознавая, что совсем скоро нам с Беа Мур придется расстаться. Ее влечение выходит за допустимые рамки. Я же ее предупреждал…

–– Ты без галстука…

–– Некому было завязать.

–– Мне нравится.

–– Мисс Мур, мы на важном мероприятии, –– холодно осаживаю ее очередную попытку перевести разговор в чувственный флирт. Мой взгляд скользит по участникам конференции. Медленно, рассеянно, нарочито-небрежно. Поправляю часы на запястье, убираю, наконец, цепкие пальчики Беатрис. Она отстраняется, обиженно умолкая. Я уже забыл о ней… Очередь доходит до мисс Йонсен, хотя, черт возьми, я хотел посмотреть на ее реакцию сразу, как только вошел. Но только бы испортил все впечатление. И вот теперь, словно невзначай, пройдясь равнодушным взглядом по собравшимся коллегам, я смотрю на ее бледное лицо с огромными аквамариновыми глазами, которые смотрят на меня с гневом и возмущением. Конечно, она не так глупа, как я думал.

Но так даже интереснее. Каково это, крошка? Смотреть на меня через весь зал, и осознавать, что я здесь ради тебя, за тобой… что у тебя нет никакого выхода.