— Мама, — одними губам шепчу я, крепко прижимаясь к Мелании Саадат, источающей аромат не приторной ванили и свежести. Она обнимает меня так, словно я вылеплена из стали. Клянусь, она вот-вот задушит меня, хотя очень трудно представить, что хрупкая Мелания Саадат вообще способна держать кого-либо в своей хватке так сильно.

— Дорогая моя, — не скрывая эмоций, всхлипывает мама. — Моя великолепная девочка. Я так переживала, так скучала. Не знаю, чтобы со мной случилось, если бы я все увидела своими глазами… — причитает она, имея в виду то, что мне довелось пережить из-за взрыва вертолета возле полыхающего озера.

— Забудь об этом мам, все давно хорошо. Я здорова, полностью оправилась, — спешу убедить её, вновь прижимаясь к материнской груди. Вдоволь нанежившись, мы садимся за столик на террасе. Бесконечно услужливый персонал мгновенно выносит нам лучший кофе, источающий насыщенный аромат свежих зерен.

— Ну как ты, дорогая? Как прошел медовый месяц? — с опаской и тревогой начинает мама,  накрывая мою ладонь своей мягкой и теплой ладошкой.

— Почему ты все время спрашиваешь, как я, мам? Ты же знаешь ответ… — я бросаю многозначительный взор на стаю охранников у залива, среди которых наверняка числится Нейтан. Мама отслеживает мой взгляд, уголки её губ тут же опускаются вниз, несмотря на то, что они очень редко занимают подобное положение.

— Наверное, я каждый раз надеюсь услышать что-то другое в твоем голосе. Радость. Счастье. Предвкушение приятных семейных хлопот, — перечисляет мама, загрузившись еще сильнее и постоянно вглядываясь в черты моего лица.

— Мам, все нормально у меня. Лучше скажи, как Камила?

— Она…ведет себя немного странно. Настроение постоянно меняется. Но она счастлива и вовсю занимается подготовкой к свадьбе. Мы планируем большой праздник.

Мне так и хочется спросить, как часто Ками видится с Нейтом. Что там, происходит у них? Ходят ли они на свидания, пытаются ли сблизиться, узнать друг друга? Невозможно в это поверить...

Но мама говорит, что Ками счастлива. Очевидно, она настолько в него влюблена, что ей проще закрыть глаза на наше прошлое с Нейтом. Не думала, что приказ Амирана станет для нее «подарком»…мне почему-то казалось, что Камила посчитает это оскорблением своей гордости — выйти замуж за мужчину, который не питает к ней столь сильных чувств.

Хотя о чем я? Нейтан всегда отмечал красоту Камилы, но не более. Кажется, добавлял, что у нее совершенно невыносимый характер, похлеще моего будет.

— Понятно, — сухо отвечаю я, в красках представив себе свадьбу Камилы и Нейтана. Надеюсь, я смогу избежать этого прекрасного торжества.

— Будь мудрой, моя дорогая, — мама крепче сжимает мою ладонь, заглядывая в глаза. её аквамариновая радужка успокаивает и убаюкивает, словно я прямо сейчас смотрю на спокойный и размеренный прилив волн.

— Неужели…Тебе он совсем не нравится? Ты ничего не чувствуешь к нему? К Амирану, — не перестает пытать меня мама.

Я хочу соврать, хочу очень. Но не могу. Говорит душа, кричит сердце, вторят губы…

— Чувствую, мам, — на шумном выдохе признаюсь я. — Но то, что я к нему чувствую, чертовски пугает меня…, — мама вздрагивает всем телом, в глазах Мелании я вижу оттенки воспоминаний, сокрытых от всех посторонних глаз.

— Ты когда-нибудь боялась папу? По-настоящему? Своих чувств к нему?

— О да, Алисия. Я была в ужасе. В полнейшей панике…

— Ты когда-нибудь расскажешь мне почему?

— Я была не готова к отношениям, — уклоняется от ответа Мэл, таинственно и задумчиво улыбнувшись. — Но ты не бойся, Алисия. Я за тебя переживаю, но сердце матери не обманешь. Амиран защитит тебя от какой бы то ни было опасности, станет твоей опорой, поддержкой, защитой. Если…конечно, приручить этого зверя. Он будет есть с твоей руки…

— Пока не укусит, — возмущенно добавляю я, не в силах поверить, что маме так нравится Амиран. — Мам, я люблю другого. Давай перестанем мусолить эту тему.

— Подумай, родная. Ты любишь воспоминания или его? Алиса, я очень хотела бы, чтобы ты была с Нейтом, как велит тебе твое сердце. Но люди часто меняются. Ты очень упряма, поэтому находишься в позиции полного отторжения, неприятия, страха. Попробуй расслабиться и довериться миру. Все будет хорошо, если ты не будешь воевать с ним. Кстати, Сэви неделю назад забрали из её вольера…и она упиралась изо всех сил. Рычала так, что перепугала всех в доме.

— Что?! Я надеюсь, ей не причинили вреда, — сердце встревоженно пропускает удар.

— Госпожа Мактум, вас ждет сюрприз в зверинце, — вдруг к нам подходит Рада, сообщая мне новость, что приходится весьма кстати и в тему. — Эмир попросил показать его вам.

— Давай, Лиса. Я тоже пойду. Обещала Анджелине пройтись с ней по магазинам, — осознавая, что приказ принца не терпит времени и отлагательств, мама берет свою сумочку и встает, чтобы обнять меня.

Мы прощаемся мучительно долго, тихонечко шмыгая носом. По-настоящему, родительская любовь трогает только только тогда, когда ты съезжаешь от них…