— Слушаю, Ран, — в наушнике раздается сдержанный голос Колмана.

— Ты передал мое требование генералу? —сразу перехожу к делу, пригубив глоток терпкого алкоголя.  В Анмаре я редко позволяю себе крепкие напитки, но сегодня особенный день. Я бы сказал судьбоносный, и не только для меня.

— Да, — коротко отвечает Мердер. — Он принял условия.

— Еще бы, — небрежно отзываюсь я, медленно покручивая бокал против часовой стрелки.

— Удалось прийти к согласию с Адамом Саадатом? — сухо уточняет Колман.

— У нас состоялся разговор после совета министров, — уклоняюсь от прямого ответа, непроизвольным жестом потирая бровь. — Не самый продуктивный.

— Осторожнее, Ран, ты можешь нажить себе врага, — предостерегает Мердок. — Когда вопросы касаются детей, политическое преимущество не всегда учитывается.

— Я планирую закрепить словесные договорённости документально, — сообщаю непререкаемым тоном. — Сегодня. У нас назначена аудиенция на его территории.

— Ты уверен? — насторожённо спрашивает собеседник.

— Абсолютно.

— Даже не дождешься результатов расследования?

— А ты что-то нарыл? — массируя согнутым пальцем ноющую переносицу, осведомляюсь я.

— Пока не могу сказать определённо, Амиран. Есть вероятность, что со стороны главы разведкибыло совершено несанкционированное уничтожение данных из информационной базы.

— А конкретно?

— Речь о засекреченном объекте.

— Озеро?

— Откуда ты знаешь?

— Читаю мысли, — ухмыляюсь я. — Что именно удалено?

— Отсутствуют записи с видеокамер и со спутника, — сообщает Мердер. —  Не полностью. Стерты определённые часы в течение нескольких дней.

— Даты?

— Четыре года назад. Сам генерал в это время находился на задании в другом месте, которое срочно покидал без объяснений причин на десять часов, воспользовавшись служебным вертолетом.

У меня уходят считанные секунды, чтобы сопоставить известные факты. Алисия действительно видела озеро с моим с моим именем, и я даже знаю, кто ей его показал. А теперь в курсе, когда началось это блядство за моей спиной. Наглый сучонок. Четыре года… Это не юношеская разовая глупость, порожденная сиюминутной страстью, а предумышленный и осознанный плевок мне в лицо.

— Дерьмо, — стиснув зубы, рявкаю я, до треска сжимая в ладони бокал. На том конце трубки раздаётся вежливое покашливание.

— Что, прости?

— Ни хрена, Мердер, — огрызаюсь, залпом опрокидывая в себя порцию виски. — Продолжай копать дальше. Мне нужны доказательства. И как только они будут, я подвешу за яйца и отца, и сына.

— Подожди, Ран, — миротворчески одергивает меня Колман. — А как же Алисия Саадат?

— С ней я разберусь лично. Вот, кстати, и она, — подняв взгляд на лестницу, снизив тон,произношу я. — Позвоню позже, — сбросив вызов, снимаю наушник и швыряю его на стол, неотрывно наблюдая за спускающейся Алисией.

Оценивающе ощупав ее стройную фигурку в строгом закрытом, словно саван, коктейльном платье нейтрального бежевого цвета и лаконичных лодочках на невысоких каблуках, возвращаюсь к фальшиво-невинной мордашке. Скромница, мать ее. Монашка гребаная.

— Ты быстро, — бросаю я. Получается слишком грубо. Она даже останавливается, настороженно хмуря изящные брови.  Сделав усилие над оскорбленным эго, выдавливаю из себя сдержанную улыбку. — Но я успел соскучиться по твоей дерзости.

— А я нет, — вызывающе вздернув подбородок, девушка продолжает спускаться с достоинством будущей королевы.

В свете массивных люстр ее длинные волосы, свободно спадающие на плечи, искрят платиновым блеском. В прозрачно-голубых глазах пляшут беснующие тени. Красивая девочка, сексуальная, гибкая, словно одна из моих пушистых хищниц и гонору не занимать. Смотреть на нее приятно, трогать тоже. Какая она в постели выясню позже. Главное не думать, что есть тот, кто уже успел выяснить, иначе…

— Ты начал без меня? — обрывая поток моих размышлений, девушка указывает на пустой бокал.

— Пришлось, не мог найти себе места от волнения. Выпил для храбрости, — шутливо признаюсь я.

Алисия расслабленно смеется, качая головой. И ее смех действует на меня чудодейственным образом, изгоняя из застывших мышц свинцовую тяжесть, а из мыслей кровожадный туман.  Встав из-за стола, опережаю вышколенную горничную и сам отодвигаю стул для спустившейся гостьи.

— Все прочь и Афру заберите, — кивком головы указываю прислуге на выход. И следующие несколько секунд раздраженно наблюдая, как три работницы в униформе пытаются уговорить упрямую кошку последовать за ними. — Афра, брысь, — грозно рыкнув на недовольно зашипевшую пуму, помогаю нерасторопнымгорничным. Как только процессия покидает комнату, плотно закрыв за собой двери, Алиса удосуживается сесть.

— Что тебе налить? Вино, шампанское? Покрепче? — обращаюсь к девушке, замечая, что ее плечи слегка напряжены.