— Свое окончательное решение я озвучил Саадату, когда увидел тебя в восемнадцать, — невозмутимо отвечает на мой немой вопрос аль-Мактум. — Следовательно, здесь пусто около четырех лет. Но скоро, на этой скале будет спать Саваж, если ее хозяйка проявит благоразумие, — в этот момент, я подворачиваю лодыжку на одном из камней и ничком падаю на скалу, вовремя подстраховавшись ладонями. Ну и Амиран реагирует быстро, хватая меня за локоть и смягчая удар.

Но колено я все равно царапаю, кожу обжигает острой и жгучей болью. Из губ вырывается полу-стон, сотрясающий сжатые губы. Черт, это больно.

— Алисия, — Амиран быстро поднимает меня с колен и прижимает к своей грудной клетке. Так сильно, полностью закрывая, накрывая собой. В момент, когда я собираюсь отпрянуть от него, разорвав ненавистное мне соприкосновение наших тел, в соседних вольерах начинает происходить что-то странное.

Возможно, лев как раз находился в ожидании обеда, и поэтому так чутко среагировал на запах моей крови. Симба стремительно соскакивает со своего камня и несется прямо на нас с Амираном. Издав оглушительный рык, и раскрыв смертоносную пасть, он угрожающе  скалится, глядя прямо на меня.

Меня начинает трясти от страха и вместо того, чтобы отпрыгнуть от Амирана подальше, я наоборот, не сопротивляюсь, когда он прижимает меня к себе еще ближе.

— Ты вся дрожишь, Алиса. Не надо бояться. Стекло выдержит даже взрыв гранаты, — я отворачиваюсь, пряча взгляд от янтарных глаз беснующегося белого льва. Но и в соседнем вольере замечаю агрессивное и прыткое движение. Из-за массивного дерева, вдруг выходит не менее опасное, гибкое животное. Пружинистые лапы тигра с бешеной скоростью перебирают по мелким камешкам. Когда я немного прихожу в себя, вдруг замечаю, что смотрю на уникальное существо, о котором ходят легенды.

— А это, кстати, тоже для Саваж. Сначала я подобрал ей белого тигра, пока мои люди не нашли этого, — я не могу отвести взгляд от светлого хищника, наделенного серовато-голубоватойшерсткой в ярко-черную полоску.

Мальтийский голубой тигр, считающийся истребленным и исчезнувшим видом. Хищный, опасный, невыносимо прекрасный. Свирепо рыча и сверля нас уничтожающим взглядом, тигр встает на задние лапы и несколько раз бьет когтями по стеклянной поверхности. Каждый удар действует на меня как выпущенная на обстреле пуля. С тем же успехом, я могла бы встать перед мишенью и ждать, пока стрелок не промахнется.

— О Господи! Невероятно. И страшно. И отпусти меня! — заикаясь от ужаса, умоляю я, не в силах сама оторваться от Амирана.

Если умирать, то вместе. Ведь это он меня сюда привел. И несмотря на то, что я прекрасно понимаю, что хищники едва ли пробьют мощное стекло и нападут на нас с аль-Мактумом, успокоиться мне все равно трудно. Справа голодный белый тигр, слева — оглушительно рычащий тигр, а рядом со мной — не факт, что менее опасный зверь…

Амиран

— Отпусти, Амиран, — настойчиво повторяет свою просьбу перепуганная Алисия, но ее действия идут вразрез со словами.

Вот она всем известная непоследовательность женской натуры. Требует освободить и одновременно крепче цепляется дрожащими пальцами за мою футболку. Я снисходительно улыбаюсь, наблюдая, как девушка с опаской озирается из-за моего плеча, и продолжаю удерживать тонкую талию раскрытыми ладонями.

— Не трогай, — надтреснуто взвивается ее тонкий голос, когда я позволяю рукам своевольно скользнуть на девичью спину, лениво пройтись по напряженному позвоночнику и выступающим через плотную облегающую ткань лопаткам.

— По-моему, я уже говорил, и повторю снова. Буду трогать и прикасаться. По согласию только секс, а всем остальным управляю я. Понимаешь? Кивни, если да, — игнорируя протестующий писк, возвращаю ладони на талию и чуть толкаю назад, вынуждая Алисию пятиться к разграничительному барьеру между вольерами. — Ты казалась такой уверенной, когда явилась ко мне со своими требованиями отменить свадьбу. Так не разочаровывай сейчас, ­— двигаясь вместе с ней, не могу отказать себе в желании раззадорить возмущенную крошку еще сильнее, и, подняв руку, дергаю собачку молнии, расстегивая спортивную олимпийку.

— Ты казалась такой уверенной, когда явилась ко мне со своими требованиями отменить свадьбу. Так не разочаровывай сейчас, ­— двигаясь вместе с ней, не могу отказать себе в желании раззадорить возмущенную крошку еще сильнее, и, подняв руку, дергаю собачку молнии, расстегивая спортивную олимпийку.

— Ты не спрячешься от меня за малопривлекательными тряпками, — понизив тон, ставлю в известность, настроившуюся отстаивать свою несуществующую честь Алисию Саадат. Притянув ближе, невесомо провожу согнутыми фалангами вдоль глубокого выреза топа, замечая, как бархатистая кожа девушки покрывается мурашками, а упругая высокая грудь быстро приподнимается в такт участившемуся дыханию. Дрожь хрупкого тела усиливается, она хватает мое запястье, тщетно пытаясь отодрать от своих выпрыгивающих из топа округлостей. Похоже, малышка забыла обо всех рычащих хищниках, кроме меня.