— Думай, как считаешь нужным, — передернув плечами, отхожу в сторону и опираюсь спиной на ту самую пальму, под которой пряталась Джина. — Тебе лучше уехать, Ди. Учитывая устроенный скандал, я не могу позволить тебе остаться.

— Гонишь? Родную сестру? Из-за этой… — ошарашено восклицает Дайан, изумлённо рассматривая меня.  — Ты свихнулся, Ран? Эта ведьма тебя опоила или что? Чем она тебя взяла?

— Твое присутствие расстраивает Вирджинию, — объясняю нейтральным тоном.

— Алису оно тоже сначала расстраивало, но ты меня не прогонял, — голос сестры звучит сдавленно, в глазах блестят слезы.

— Ситуации бывают разные, Дайан, как и женщины. Общий язык с Вирджинией ты найти не сможешь. Сохранение мира и спокойствия в семье — моя прямая обязанность.

 — Мира и спокойствия? — моментально вспыхивает Ди и так же стремительно гаснет. — Как ты можешь… Боже, ты мой брат, я должна любить тебя и поддерживать, но я не могу… Я тебя не знаю… Прошу, объясни мне хоть что-то, — приблизившись, Ди порывисто хватает меня за руки. — Я не верю, Ран. Так не бывает… За один день вырезать из своей жизни человека, не дав даже шанса объяснить…

— А как бывает, Ди? — спрашиваю резко севшим голосом. — Сколько, по-твоему, нужно времени, чтобы осознать, что никакие на хрен объяснения мне не нужны?

— Объяснения нужны всем. Не лги, что не хотел их услышать…

— Хватит, Дайан, — прерываю сестру, жестом призываю к молчанию. — Ты можешь не верить, но я дико устал от этой темы.

— Хамдан спас тебе жизнь, чудом сохранив свою, — с укором бросает сестра, ткнув пальцем в мою грудь. — Ты дышишь, потому что этот парень заслонил тебя собой, несмотря на то, что ты …, — она осекается, бросая на меня тяжелые взгляды.

— Что замолчала? Продолжай.

— Не вынуждай меня говорить то, что тебе не понравится.

— Рискни, Дайан, — киваю, сложив руки на груди. — Ты, правда, думаешь, что он меня закрывал, бросившись под пули?

Дайан не отвечает, задумчиво отводя взгляд в сторону.

— Я помогла Алисии попасть на помолвку, — спустя минуту молчания, едва слышно признается сестра. — Я сама предложила, она бы не осмелилась.

— Тебе не стоило вмешиваться, Ди, — глухо отвечаю я.

— Она страдает. Я не могла иначе…

— Тебе не стоило вмешиваться!

— Я все испортила, Ран? — подавленно спрашивает Дайан, ткнувшись лбом в мое плечо.

— Ты её знаешь. Рано или поздно Алиса нашла бы способ добраться до меня, — уклоняюсь от прямого ответа. — Но вы выбрали самый неудачный момент из всех возможных.

— Хочешь, чтобы я уехала? — Дайан запрокидывает голову, стирая с щеки сбежавшую слезу.

— Ты должна пойти туда, где тебе будут рады, Дайан, — мягко произношу я.

Ди распахивает глаза, всматриваясь в мое лицо и потрясенно выдыхая. Поток слез усиливается в разы, переходя в горькие рыдания. Я прижимаю сестру к себе, успокаивающе гладя ладонями по спине.

— Иди туда, где ты сейчас особенно нужна.

— Она тебя не простит, Амиран, — шепотом выдыхает Дайан, крепко обнимая меня за плечи. — Ты понимаешь, что делаешь?

— Я делаю то, что должен, Дайан.

Отправив сестру в свою бывшую резиденцию, я вернулся в кабинет. Осколки успели убрать, кресло вернули на место, а в ящике стола появилась новая бутылка виски, которая пришлась весьма кстати.

Я изрядно к ней приложился, но сначала сделал пару контрольных звонков и закончил кое-какие дела.   В свою спальню поднялся, как обычно — глубоко за полночь, уставшим и мечтающим о теплом душе и свидании с подушкой, но как оказалось, у подушки другие планы.

Захожу, не включая верхний свет и резко торможу в центре комнаты, заметив полуголую Вирджинию в белоснежной кружевной комбинации, едва прикрывающей бедра. Она смотрит на меня с зовущей полуулыбкой, неподвижно застыв возле воистину царского ложа. Тончайшая ткань красиво огибает контуры стройного женского тела, натягиваясь на высокой упругой груди и не скрывая от прямого мужского взгляда очертаний темных сосков. Черный шелк, расчёсанных до блеска волос, свободно струится по смуглым плечам, словно лаская нежную кожу.

— Ты долго, Амиран. Работаешь на износ, а отдыхать совершенно не умеешь, — улыбка Джины становится шире, откровеннее.

О цели её присутствия гадать не приходится, но, кажется, мы друг друга немного недопоняли. Я не нуждаюсь в женской компании. Острый передоз, слишком много для одного дня, хотя невозможно не заметить, что выглядит Вирджиния вполне эффектно. Красивая, сексуальная, молодая женщина, давно и искренне любящая меня. Это так, иначе она не приняла бы мое предложение. Вирджиния готова на все, что я попрошу или потребую, и знаю, что отказа не будет.

— Когда я отправлял тебя спать, то имел в виду твою спальню, Джина.

— А есть разница? — вильнув бедрами, она смело шагает вперед. — В твоей я еще не была. Хочу исправить недоразумение.