Опустил меня до уровня вещи, обесценил до чего-то неодушевленного, что не жалко проиграть.
- А меня почему никто не спросил?!
- Потому что тебе здесь слова не давали, - отрезал Коул и посмотрел на меня таким взглядом, который четко и ясно дал мне понять, что будет со мной, если я сейчас уйду или начну противиться.
Моя нижняя губа непроизвольно задрожала, и я опустила взгляд, чтобы не видеть этот кошмар, который творится на игровом столе, и собственную казнь.
Я не хотела в это верить.
Мне оставалось только надеяться, что Коул выиграет, мы поднимемся в номер, и я утоплю его в ванной, как уже и пыталась.
И не пожалею об этом.
- Ставки приняты. Ставок больше нет. - Непоколебимого крупье, казалось бы, уже ничем не удивишь.
Я постаралась абстрагироваться, не прислушиваться к тому, что происходит рядом. Кто сдает свои карты, кто пропускает ход... Не так уж и важен этот ход бессмысленных событий, которые приведут меня к тому, что я окажусь в лапах у мистера Трента.
Как какая-то шлюха.
Как Ребекка из прошлого.
Порочная, никчемная и дешевая.
- Открывайте карты. - На этих словах я поняла, что все… Вот сейчас...
- Флэш. - Четвертый, безымянный для меня игрок, раскрыл свои карты.
- Сбрасываю. - Альбинос как-то обидчиво поджал губы, как будто тоже рассчитывал на то, что сможет выиграть меня.
- Фулл-хауз. Дамы и тузы, - провозгласил крупье, соединив карты, что лежали перед ним с дамой и тузом, которые выложил Трент.
Все взгляды приковались к столу.
Я смотрела на Коула, обрастая ненавистью к нему с ног до головы. Мне хотелось закинуть его в жерло вулкана и доставить ему нечеловеческие пытки, в то время как его лицо не выражало не единой эмоции.
Он медленно перевернул карты, подложив одну под другу. Дама. Просто дама. Нет никаких шансов, что он одержит победу.
- Я ненавижу тебя, Стоунэм. - прошипела я, но тут он показал вторую карту. Тоже дама.
Ничего не понимаю.
И еще больше я впала в ступор, когда крупье объявил:
- Каре на дамах. Мистер Стоунэм получает все.
- Вы действительно допускали мысль о том, что я позволю вам увести мою спутницу? - Коул обращался к остолбеневшему в этот миг мистеру Тренту, в легкой, теперь уже расслабленной манере.
Еще бы. Он же король - моей ценой он отыграл и деньги, и даже свою любимую вещицу.
Трент развел руки в стороны, пытаясь сохранить спокойствие, но от моего взгляда не ускользнуло то, что его руки позеленели от злости. Он уже, наверняка, представлял, как будет пересчитывать свой сегодняшний доход.
- Что ж, вы победили. Но, похоже, у вас другие проблемы, мистер Стоунэм. - Трент кивнул в мою сторону, и когда Коул повернулся ко мне, я, не задумываясь, ударила его по щеке - движение было настолько быстрым и естественным, что получилось небывало сильным. Ладонью я почувствовала даже его шрам, на миг припечатавшийся к моей коже.
Коул не стал прикладывать к покрасневшей щеке свою ладонь и картинно постанывать. Я знала, что даже ему больно, но он никак себя не выдал, лишь по-прежнему вглядывался куда-то вглубь меня. Взгляд его при этом был пронзительным, но не жестоким, как будто он хотел мне что-то объяснить, но не мог.
- С меня хватит твоих игр. - Я задержала воздух в легких, чтобы, не дай Бог, не расплакаться, и уверенным шагом направилась к выходу из Казино.
В который раз захотелось скрыться, убежать. Но я знала, что кара настигнет меня рано или поздно, и когда Коул осознает, что я прилюдно его ударила, он будет в гневе.
Словно горя в агонии, не замечая ничего вокруг, я бежала в номер прямо по лестнице. Пару раз я споткнулась о высокие ступеньки и чуть не упала, но то были мелочи.
Настоящий страх окутал меня, когда я оказалась в своей комнате. Плотно закрыв двери, я взглянула на себя в зеркале и закричала.
Я визжала до разрыва аорты, плюя на то, что меня может кто-нибудь услышать. Боль где-то внутри была сравнима, разве что, с ножевым ранением в грудину или стрелой, проткнувшей насквозь.
Поставил на меня. Поставил, как на какую-то вещь, которую не жалко проиграть. Как будто я - гребанная банкнота, грязная, замызганная и бесполезная.
Как будто я никто.