- Не трогай меня, – сквозь зубы отчеканила я, когда его влажные в пряном напитке пальцы коснулись выемки на моей шее.

- Что такое, девочка? Ты незнакома с древними традициями? Всего лишь небольшой ритуал, который сделает тебя немножечко покорнее.

Его ладонь решительно сжала мою грудь, а пальцы заскользили по соскам, делая их мокрыми и блестящими.

Дрожь страха превращалась в дрожь возбуждения. И я мечтала, чтоб он об этом не догадался.

- Дертерье нернде маа… - тихо прошептал он на непонятном мне языке. – Ишнуаала, вердерьер саа.

В Брэндане было что-то от Дьявола. Он заслужил каждый шрам, который распорол его спину.

Его рука заскользила по моему животу, и, предварительно смочив пальцы в напитке, он погладил меня меж бедер, заставляя раздвинуть ноги.

Не знаю, что на меня действовало, но я начала чувствовать, как каждая клеточка моего тела расслабляется, тая в муках наслаждения.

- Ваше Высочество…

- Это скучно. Называй меня по имени.

- Не собираюсь. – Я упрямилась. Имя было чем-то личным. Представить себе не могла, что когда-нибудь назову его напрямую - Брэндан или, еще хуже, Брэд. И, уж тем более, я не хочу, чтобы из его губ вылетало мое имя…

Брэндан нахмурился. Сильнее, чем обычно. Кажется, я здорово его задела.

- Да? Сейчас посмотрим. – Он развязал мои руки. Потянул за жемчужный поводок на себя, завязывая на моей шее упругую петлю. – Опустись на колени. Девочка.

- Не собираюсь. – Петля на шее затянулась сильнее, и я сразу все поняла. Он задушит меня. Вот так унизительно – голую, с жемчугом на шее. Еще капля, еще последняя капля, и я действительно паду на пол и зарыдаю.

Я опустилась на колени и поводок ослаб. В глаза принца я не смотрела. В глаза этого чудовища.

Вереница вен, пролегающих под полотенце, оказалась перед моими глазами.

- Сними. – Снова сухой, бесчувственный приказ. – Зубами.

- Да пошел т-т… - Жемчуг врезался мне в шею, и я послушно взялась зубами за полотенце и потянула его на себя.

Его твердость была перед моими глазами – он был возбужден. Из-за меня? Я испытывала двойственные чувства. Да что там, целую гамму чувств на разрыв. И боль, и унижение, и страсть, и необузданное, первобытное желание: как убить, так и ублажить того, кто завораживал меня своей силой.

Сила или жестокость. Я знала, что между этими понятиями лежит тонкая грань, но не могла ее провести.

- Возьми его в рот. Ты делала это прежде?

- Нет. И не собираюсь.

На этот раз жемчуг не затянулся на моей шее, Брэндан просто подался вперед - так, чтобы мои губы нашли его член.

- Соси его. И делай это, пока не сможешь назвать меня по имени.

Очередной вызов забурлил в крови – нет, черта с два, я назову этого ублюдка по имени. Нет, нет, нет.

Не испытывая ни отвращения, ничего, я послушалась его.

Закрыла глаза, чтобы не сгореть от стыда, и прошлась губами по чувствительному месту на его члене. Я слышала, как Брэндан тихо втянул воздух, и его стон отдался желанием внизу моего живота.

Черт возьми, я ласкаю его языком. Я была настолько против этого… А сейчас…

Он был так уязвим в этот момент, несмотря на всю непроницаемость, напыщенность и силу. Я чувствовала себя той, что дарит ему что-то такое, от чего он зависим.

Я управляла им.

- Жестче, – приказал он, свободной рукой обхватывая меня за волосы. Его пальцы хаотично заплясали в моих волосах, помогая мне ласкать его твердость. - Скажи. Мое. Имя. – Его дыхание стало более глухим от удовольствия, что я ему дарила. Я распахнула века и посмотрела на принца снизу-вверх, пропадая в омуте его глаз.

Голова кружилась.

Чувство потребности переполнило меня до краев.

Теперь это была потребность в этом ощущении - в ощущении безоговорочной близости с человеком, полного раскрытия и снятия всех масок друг перед другим.

На миг я ощутила его, когда заглянула в его нахмуренное лицо, на приоткрывшиеся из-за возбуждения губы.

- Брэндан, – выдохнула я, заскользив по нему языком. Я сказала это.

- Громче.

- БРЭНДАН. – И я снова сказала это. Не потому, что он приказал. Потому что хотела. Я хотела произносить его имя.

Снова и снова.

- Ты такая жалкая, – презрительно усмехнулся Брэндан, окончательно раздавив меня. – Почему я еще не вижу слез? Или тебе понравился вкус моего члена?

Пустота обрушилась на меня мгновенно, раздавив страсть, которая еще секунду назад пылала в крови. Я была унижена. Человеком, которого ненавидела.

И в эту минуту я пообещала себе одно – отомстить. Как бы это не произошло, на что бы мне не пришлось пойти, какие бы эмоции не вызывал бы во мне Брэндан, я отомщу ему.

Рано или поздно.

Я пообещала себе, что придет час, когда моя месть стрелой угодит прямо в его черствое сердце.