– Он… меня загипнотизировал? – неуверенно спрашиваю я, прикусывая изнутри щеку, сгорая от обостренного чувства собственной ничтожности. Неужели я такая слабохарактерная? Что не могу противостоять чужой силе взгляда и воли… чувствую себя глупым кроликом, который сам несется в раскрытую пасть кобры.
– Думаю да, – взгляд Мака становится стеклянным: таким он бывает, когда надолго уходит в себя. – Но это не ты слабая, Кэндис. Этот человек… это он силен. Но он не Элит. К сожалению, нет. Ты не поддалась бы обычному гипнозу, даже если бы попала под прицел продвинутого НЛП-практика. После того, как я поработал с тобой – нет.
– Ты имеешь в виду медитации? Но Руфус… мне кажется, когда он исцелял мои детские травмы, он тоже применял техники, погружающие в транс. Господи, неужели теперь любой человек может подойти ко мне на улице и загипнотизировать? Это что – новая разработка? Гипнотизирующая линза, встроенная в глаз? – мы оба усмехаемся, хотя на самом деле нам далеко не до смеха.
– В том то и дело, что не любой человек, Эни. И мой отец не был простым человеком, и я… и этот урод, который тебя шантажирует. Он дал тебе надежду, мотивацию, подсадил на крючок, виртуозно сыграв на твоем чувстве вины перед сестрой… и хоть ты и не говоришь всей правды, я уверен, что он до сих пор держит с тобой связь. Но ты должна поверить мне, Кэндис, – Мак обхватывает мои скулы горячими ладонями, приятно опаляя кожу и мои губы своим дыханием. – Он внушил тебе все это. Мне очень жаль, но Элисон мертва: ты сама сказала, что видела ее смерть, отчаянно пыталась нащупать ее пульс… он использовал гипноз и голограмму, чтобы манипулировать тобой. Вот и все.
Ага. Только где доказательство того, что это Макколэй сейчас не переубеждает меня в обратном, чтобы тоже мной манипулировать? Наверное… я просто отчаянно хотела верить в то, что она жива. Пусть, чудесным образом, но выжила. Ни один человек, переживший потерю близкого человека, никогда до конца не поверит в то, что его родная душа безвозвратно покинула этот мир.
– Он сказал, «клиническая смерть»… – кусаю губы, нервно мотая головой из стороны в сторону. – Я так запуталась… в реальностях… в голограммах… теперь еще и гипноз… я схожу с ума, Макколэй. Я просто схожу с ума. Я не могу так больше, – и он поддерживает меня, заключая в свои стальные объятия, как только мои плечи сотрясаются, и я снова не выдерживаю морального груза, что на меня обрушился. Игры разума… слишком жестоки.
– Я защищу тебя, слышишь? Обещаю. Тебе больше ничего не угрожает, маленькая. Ты не должна выполнять его задания, и я запрещаю тебе как-либо контактировать с ним. Я усилю защиту над Эвой, у ее комнаты будет моя охрана. Пока я рядом, вы в безопасности.
– Но не от тебя… – слабо протестую я. – И не от своего безумия…
– Придет время, и все встанет на свои места. Как и поймешь то, что безумие – всего лишь огромный шаг к расширению сознания и его границ. Насчет виртуальной реальности. Ты же помнишь фильм, по котором вы ставили мюзикл? «Зарождение». Я взял из него одну идею – то, как ты можешь отличать виртуальную Симуляцию, от настоящей реальности, – Мак снова берет мое запястье, и после короткого щелчка, я опускаю взгляд на предплечье и замечаю, как место датчика занимает серебристый браслет, плотно обвивающий кожу. Он напоминает мне браслет амазонки, или даже чудо-женщины… семь разноцветных драгоценных камней добавляет ему особого шарма и изысканности. Безумно красивый и, наверняка, стоит целое состояние. Четыре кристалла из семи подсвечены изнутри, остальные три – тусклые, словно погасшие звезды… интересно, почему горит четыре из семи?
– В реальности – они будут разных цветов, – Мак медленно проводит большим пальцем по моему браслету и коже запястья. Мое тело невольно реагирует на его ласку током, пробежавшим вдоль позвонков. – В Симуляции – одного цвета, – продолжает инструктировать Мак. – Будь добра, больше не шастать по подобным клубам, и я надеюсь, что в первую очередь этот браслет станет для тебя украшением, а не способом осознать себя… во сне.
– То есть, – нервно покусываю губы, я, наконец, сама прикасаюсь к его лицу. Жадно оглаживаю, прикасаясь к теплой коже… обнимаю за шею, наслаждаясь тем, как напрягаются его мышцы, реагируя на мои прикосновения. И еще больше балдею от затуманенного и горячего взгляда, каким окидывает меня, как только приближаюсь ближе.
Нет ничего приятнее, чем ощущать, насколько сильно он хочет меня. Как смотрит, ловит каждое движение… как тает его сердце и скопления айсбергов между нами.
– У нас с тобой больше не будет… эм… «особых» приключений в Симуляции? – бросаю на Макколэя псевдоскромный взгляд.