Стремительно опускаюсь на колени к моей измученной девочке. Раненной, уязвимой, такой невыносимо хрупкой. Едва справляясь с фантомными болями в груди, раздирающими сердце в клочья, приподнимаю ее над полом, обхватывая холодное тело. Она замерзла, при этом вспотела. Лихорадит и бросает в холод. Один дьявол знает, как ей тяжело.

Я укачиваю ее словно ребенка, очищая красивое личико от грязных волос, пыли, и черт возьми, остатков рвоты на ее губах, не испытывая отвращения. Крови много, но она стекает, а не бьёт фонтаном, что обнадёживающе говорит о том, что повреждены только верхние слои кожи.

Они не хотели ее убить. Поиздеваться, надругаться, унизить…доставить сообщением таким образом.

Мне невыносима мысль о том, что ее успели изнасиловать, и я с ужасом раздвигаю ее бедра, осознавая, что по внутренней их стороне стекают выделения с примесью крови. Все тело Эльзы сводит мощными судорогами, и я чувствую себя беспомощным, потому что не могу ей помочь, облегчить боли.

Из груди рвется звериный вой, стоит мне только представить, что они с ней делали…что это?

Одна мысль о том, что они разрывали ее на части, зарождает во мне острое желание перестрелять их всех, до единого.

Лично. Марая свои собственные руки, и получая маниакальное удовольствие от сладкой мести.

Хотя поможет ли Эльзе сейчас месть?

Все это невыносимо. Сейчас нужно думать о том, как спасти ей жизнь.

— Девочка моя, слышишь меня? Все будет хорошо, милая, обязательно будет. Я рядом, — губы касаются ее лба, когда я замечаю, что Эльза приоткрывает веки. — Мы выезжаем в ближайшую больницу.

— Драгон, — сиплым, неимоверно слабым голосом шепчет Эльза. — Мне так страшно, — признается она, начиная обессилено рыдать.

Я целую ее, пытаясь укачать, успокоить, утешить…отдать ей максимум всего себя, на который способен.

— Я беременна. Спаси ребенка, — шепчет она, перед тем как ее глаза закатываются и она отключается прямо в моих руках.

Меня словно током бьет или холодным душем пронзает. Я до конца не осознаю ее слова, но держу за руку на протяжении всего пути до больницы. И там, не смыкая глаз, дежурю у ее палаты, прекрасно зная, что не усну, пока мне не дадут четких и утешительных прогнозов.

Я не могу потерять тебя снова…не в тот день, когда я тебя вновь нашел.

«Мощный взрыв прогремел к востоку от Дубая, неподалеку от скопления крупных складов с товарами на сумму в несколько миллионов дирхам. Идет поиск погибших и пострадавших», — сообщают инсайдерские новостные каналы в международной социальной сети.

По телевизору этот репортаж никогда не покажут. Какие еще взрывы? Их здесь нет и не может быть, как и похищений среди белого дня.

Кстати говоря, и первое, и второе, здесь действительно почти не случается. И никогда бы не случилось, если бы в город не превратился в поле боя для братьев Голденштерн.

Леонель Голденштерн пристально вглядывается в Рауля — начальника службы своей безопасности, пришедшего к нему с очередной повинной и неутешительной новостью. От злости у Леона скулы сводит, что челюсть нервно качается из стороны в сторону.

Он прекрасно контролирует свои эмоции. Но не тогда, когда страдает то, во что он вкладывает все свое время и ресурсы.

Взорван никакой не склад. А засекреченный объект, который принадлежит ему и тщательно охраняется. Так же, как его мастерская и многие другие важные ему проекты.

Его проекты — это его дети. Единственные, которые он смог создать, без Божьей помощи.

Никто не смеет их трогать. А кто смеет — умирает.

Его глупый брат скоро сдохнет. Очевидно, это его быстрый «ответ» на то, что охрана Леона случайно не доглядела за его девочкой.

А может быть, специально, конечно.

Но убить его не раскромсав его сердце в клочья перед самой смертью, было бы слишком легко. Скучно.

— В каком состоянии сейчас проект? — ленивым тоном интересуется Леонель, пытаясь подавить в себе желание пристрелить Рауля на месте. Будь у него в руках меч, его голова бы полетела бы с плеч с той же скоростью, что они летят в сериале «Игра Престолов». Но Рауль ему еще нужен, несмотря на то, что в последнее время он хреново справляется со своими обязанностями.

Прежде, он не раз убивал своих подчиненных на месте, когда те приходили с неугодными ему новостями. В последнее время он стал мягче, не исключено, что из-за того, что Эльза, меандр и многоходовая война с Драгоном отнимает много ресурсов и энергии.

— В хорошем, Господин. Ничего и никто не пострадал. Взрыв случился в нежилой зоне. Там были только солдаты, охраняющие проект, — виновато склоняя голову, словно перед королем, отчитывается Рауль.

— Он даже не смог нормально взорвать его, — усмехаясь, парирует Леон, обесценивая любые нападки своего брата. — Но как ему удалось узнать об объекте и заложить туда бомбу? Какого черта вы так хреново выполняете свои обязанности?