Я занимаю место в баре на верхнем этаже здания. Звуки саксофона успокаивающе влияют на психику, как и выпитый залпом стакан виски. В первую очередь, я проверю свое кольцо, что она пообещала взять с собой — я на «раз, два» отличу его от подделки. От Леона можно ожидать всего. Я не удивлюсь, если моя «ожившая супруга» окажется плодом его творения. Я уже ни в чем не могу быть уверен. Даже в собственных воспоминаниях.
Особенно в них!
Только в своих ощущениях. Мама говорила в детстве: «Драко, всегда слушай сердце. Оно никогда не обманет. Беспокойный ум может тревожить тебя, путать, изводить…лишь сердце видит все.
— Мам, а почему оно расположено справа?
— Ты таким родился, мой мальчик.
— Но почему я таким родился?
— Просто так, мой дорогой. Нет никакой причины».
Она появляется в холле лаундж-бара, отвлекая меня от воспоминаний и мыслей. Встаю, позволяя понять, что жду, когда она приблизится ко мне. Нервно обернувшись назад, утонченная и высокая девушка направляется в мою сторону.
Такая красивая, аж дух захватывает. Мужчины провожают ее долгими взглядами.
Стройная, довольно высокая, напоминающая ангела Victoria Secret. На ней простая одежда, но есть что-то притягательное, цепляющее взгляд. Еще бы, на обычную девчонку я бы никогда не взглянул.
Когда она приближается ко мне, моя память дифференцирует ее как ту самую девушку, из моих коротких видений.
У Элизабет лицо моей жены, в этом нет всяких сомнений. Жаль, что у нас с женой не осталось ни одной совместной фотографии…что, разумеется, подозрительно, и если раньше, я списывал этот факт на уничтоженный и украденный телефон во время нападения, то теперь считаю это «уликой».
Уликой зачистки моей памяти. Не мной.
— Драгон, — выдыхает девушка, бросая на меня взгляд испуганного олененка.
Красивые глаза, глубокие. Но в них нет для меня энергии. Это я ощущаю сразу, секунды достаточно.
— Драгон…, — она нервно сглатывает, касаясь моих скул. Я ловлю ее руку, отводя в сторону.
— Ни слова больше. Мне все понятно, — я вдруг резко отворачиваюсь, удаляясь к окну. Грубо и некрасиво, но мне плевать. Иногда нам всем хочется побыть Бенедиктом Кембербетчем в роли Шерлока Холмса, и ни с кем не церемониться. Уходить в себя, не оправдываясь и не предупреждая. Даже, мать его, с людьми, вернувшимися с того света.
Девушка стоит рядом, затаив дыхание. Слово боится и слово вымолвить, и правильно. Не стоит мне мешать думать, анализировать, вспоминать…
Мне понятно многое, чертовски многое. Жаль, что на поиски Элизабет ушло два месяца, и я не осознал этого намного раньше.
Такое простое озарение из пяти слов взрывает меня фейрверком эмоций: «Я не мог этого сделать».
И следующее же за этим словом, звучит следующее: «Потрясающе».
Я играл с разумом многих людей, ставив на них эксперименты с поддельным меандром, но, возможно, сам все это время был главным заложником этих игр разума.
Кто-то поиграл со мной.
Если бы я мог увидеть проекции собственных мыслей, как исходящие из моей головы голограммы, они бы выглядели как тяжелые уравнения, матрицы и расчеты, сумасшедшим потоком вспыхивающие в моем поле.
Думай. Просто думай…
— Черт, — сквозь зубы ругаюсь я, когда из тяжелого мыслительного процесса меня нагло вырывает телефонный звонок. Кто-нибудь знает ответ на простой вопрос: почему телефон всегда звонит так не вовремя?
Закон подлости.
Ладно, это звонит Блонди. Ей позволено все.
— Мистер Голденштерн, здравствуйте, — слышу дрожащий и взволнованный тон в динамике, и принадлежит он не моей малышке.
— Кто вы? — каждая мышца в моем теле натягивается, словно тетива, заряженная огненной стрелой.
— Это Миша, подруга Эльзы. Я звоню с ее телефона, она оставила мне свою сумочку, перед тем как…
— Что случилось? — до скрежета сжимаю чертов телефон, почуяв неладное.
У Эльзы охрана с двух сторон. С ней не могло произойти ничего дурного. Это невозможно.
— Мы с Эльзой гуляли по Дубай Моллу, а потом она пошла в туалет и просто исчезла, Драгон. На полу в туалете я нашла ее одежду, — как на духу выдает подруга Блонди. — Охрана уже бьет тревогу, звонит тебе и Леонелю, но ты не берешь трубку.
Черт. Действительно, я блокнул на время прием всех звонков, за исключением Эльзы.
— Где она может быть?! Подробнее объясни мне, как все произошло, — лихорадочно сознаю, что если с нее сняли всю одежду и она без сумки и телефона, то отследить ее быстро будет невозможно. По камерам это реально, но похитители могли замести свои следы, и к тому же это расследование и поиск займет слишком много времени.
За этот промежуток может произойти все, что угодно. Ее могут убить.
Счет идет на секунды.
— Я не знаю, где точно, но в туалете я нашла странную записку с оставленным адресом. Выглядит так, как будто они хотели, чтобы я нашла ее. Тот, кто ее похитил.