Появилась моя собственная ухмылка. У Лены будет сердечный приступ. Но оно того стоило.

«Нет. Это девушка, — протянул я.

Тишина. Полная тишина.

«Итак, мне нужно, чтобы ты подготовила одну из спален. Лучше ту, что напротив моей, если можешь. Закажи одежду. Она ей понадобится. Маленький размер. И другие аксессуары, все, что нужно гребаным женщинам, — продолжил я.

Снова тишина.

«Увидимся позже. Спокойной ночи, Лена. Наслаждайся сном.»

Я прервал звонок, прежде чем рассмеяться. Исаак присоединился ко мне, и я захрипел, у меня заболел живот.

«Мы действительно лишили ее дара речи?» — сказал Исаак сквозь смех.

Я кивнул, прежде чем сесть рядом с ним. «Я думаю так и есть. Ей действительно нужно было закрыть свой гребаный рот. Похоже, я наконец нашел способ».

«Бесценный!»

Мы все еще хихикали, когда открылась дверь ванной. Мария вышла, только что приняв душ. Ее волосы были собраны в пучок, и на ней было платье до колен.

Накануне вечером я заставил Исаака заказать его, зная, что ей понадобится одежда, чтобы вернуться домой.

Платье было прямым и простым, только с небольшим черным поясом на талии. Оно облегало ее грудь, но струилось от талии. Цвет был нежно-розовым и идеально подходил Марии.

От этого от нее действительно захватывало дух.

Мой прекрасный маленький Ангел.

«Ты готова, Мария?» — спросил я перед тем, как встать.

Даже не попросив ее, она подошла ближе. Мои руки все еще были по бокам, борясь с желанием просто обнять ее. Но это был ее выбор. Ее момент.

И она меня не разочаровала.

С нежной улыбкой, красиво покрасневшими щеками, она почти скользнула ко мне. Мария стояла передо мной, ее голова была запрокинута, а ее глаза сверлили мои.

«Я готова», — сказала она.

Ее рука протянулась вперед, и она схватила мою. Инстинктивно я обхватил ее пальцы.

«Я готова», — повторила она снова, более уверенно.

Мои губы растянулись в улыбке, мне было так трудно скрыть свое счастье.

Хороший выбор, Ангел.

Я потянул ее вперед, и она упала в мои объятия, хихикая. — Тогда поехали домой.

Она кивнула, не сказав ни слова, отдав свое доверие мне в ладони.

Наши руки были сцеплены вместе, когда мы выходили из отеля, Исаак и другие мои люди использовали свои тела как наши щиты.

Поездка в аэропорт была тихой. Глаза Марии были широко раскрыты, когда она смотрела наружу. Я видел намек на страх в глубине ее глаз, но каждый раз, когда я сжимал ее руку в поддержке, она расслаблялась.

Мне понравилась ее реакция на меня. Я знал, что она чувствовала это, нашу связь. Она чувствовала её так же глубоко, как и я.

Во время полета она проводила время, глядя на облака. Мы очень мало разговаривали только потому, что тишина между нами казалась нам более утешительной.

Мы упивались этим и во время тишины глубже погружались друг в друга.

Когда самолет приземлился, я осторожно разбудил ее. Она сонно улыбнулась и взяла мою руку, когда мы вышли.

Нам не потребовалось много времени, чтобы снова сесть в машину, на этот раз направляясь в мое поместье. Новый дом Марии. Теперь ее святилище.

Когда машина прибыла в конечный пункт назначения, я помог ей выбраться из машины. Она была очарована этим зрелищем, как я и ожидал.

Она долго смотрела, прежде чем я вывел ее из задумчивости.

«Это твой новый дом», — сказал я, вернув ее внимание к себе, где оно должно быть.

«Он красивый», — сказала она, оглядываясь на каменный особняк.

«Тебе нравится?» — спросил я, потирая большим пальцем ее щеку.

Мария кивнула, прежде чем улыбнуться. «Мне очень нравится.»

Ее взгляд снова встретился с моим, ее голубые глаза казались такими яркими в лучах утреннего солнца. Она прижалась щекой к моему прикосновению, как будто хотела большего.

«Прежде чем мы войдем внутрь, ты помнишь правила?» — спросил я, твердо глядя на нее.

Она нервно сглотнула, прежде чем кивнуть.

«Каковы правила, Ангел?» — потребовал я.

«Я никогда не буду называть себя рабыней. Я никогда не встану на колени, если только ты не попросишь меня. Я всегда буду есть три раза в день, плюс перекусы. Я всегда буду спать на кровати. И никогда не называть тебя Господином. Я всегда буду называть тебя по имени, Лев.» Она быстро повторила правила, отчаянно пытаясь доставить мне удовольствие.

Мое сердце было легким, и я не мог не улыбнуться.

«Хорошая девочка», — сказал я, поцеловав ее в лоб. Она растаяла в моих объятиях, и я прижал ее к себе. «Помни эти правила, Мария. Если ты нарушишь какое-нибудь из них, я буду очень недоволен».

Она покачала головой. «Я не хочу вызывать у тебя недовольство».