Мне было все равно, что передо мной безликая аудитория. Мне было все равно, что я изливаю свое сердце.

В этот раз мне нужно было быть смелым со своим сердцем.

Я втянул воздух.

— Я не хотел признавать, что не полностью контролирую себя. Но это правда. Это не так. — В доказательство я жестом показал на свое неопрятное состояние. — Я так неконтролируемо схожу с ума по тебе. С тех пор как я тебя встретил, не было ни одного дня, когда бы каждая секунда не была поглощена мыслями о тебе.

При моих словах один фехтовальщик из ряда соперников отступил назад.

Фэрроу.

Ее плечи затряслись, сотрясая всю фигуру. В своей форме она выглядела намного худее, такой маленькой, что я едва узнал ее.

Мне и в голову не приходило, что месяц душевных терзаний окажется для нее таким тяжелым. Даллас снова и снова уверяла меня, что она преуспевает.

Мое сердце опустилось в желудок. Вид ее слез вызвал во мне хаос.

Я подошел к ней и взял ее руку в перчатке.

— У меня не было возможности взять обручальное кольцо из дома, но я принес это.

Когда я отступил, ее руки были скрещены на животе, а плечи все еще тряслись.

Я потянулся к внутреннему карману костюма и достал из него побитый, изорванный кроссовок. Тот самый, который она оставила все эти месяцы назад.

Толпа снова зашумела, шепот донесся до нас.

— Это что, обувь?

— Может, ему стоит сначала найти свой собственный ботинок?

— Фу. Этой штуке место в опасной изоляции.

Я проигнорировал шум, встал на одно колено и снова взял руку Фэр, говоря в микрофон, чтобы заставить стадион замолчать.

— Я знаю, что мир ужасен, уродлив и утомителен. Я знаю, что он причинил тебе боль, предал тебя и разбил твою душу. Но если в тебе осталась хоть капля любви, будет ли эгоистично с моей стороны просить о ней? Я обещаю, что защищу ее. Я обещаю, что защищу тебя. — Я сжал ее руку в плотной перчатке. — Я люблю тебя, Фэрроу Баллантайн. Выйдешь ли ты за меня замуж?

С сидений к нам подбежала крошечная черная собачка и выхватила туфлю у меня из рук, бегая кругами с ней, зажатой между коренными зубами.

Маленькая дрянь.

— Ты сказал "люблю"?

Я вскинул голову, услышав этот голос, и обернулся, когда понял, что он раздался у меня за спиной.

Фэрроу Баллантайн стояла передо мной во всей своей красе.

Красивая, захватывающая дух, сияющая и моя.

На ней были раскрасневшиеся щеки, овечья улыбка и тренерская форма, перетянутая шнурком с удостоверением личности.

Впервые за месяц я снова почувствовал себя живым.

— Осьми.

Фехтовальщик, которого я принял за Фэрроу, сорвал с себя маску, показав тощего подростка с гримасой на лице.

— Прости, парень. В одну секунду я смеялся. А в следующую — ты ворвался сюда. — Он пожал плечами, отступая назад. — Ты просто схватил меня за руку, чувак. Я не знал, что делать.

Вдалеке раздался отчетливый смех Оливера. Толпа молчала, желая подслушать наш разговор, раз уж я отказался от микрофона.

Фэрроу взяла меня за руку, переплетая наши пальцы.

— Ты сказал "люблю"?

Несмотря на почти полное обморожение, я чувствовал только тепло.

Я обхватил ее щеки и свел наши лбы вместе, вдыхая ее воздух.

— Я безумно люблю тебя, Фэрроу. Ты полностью поглотила меня. Сердце, тело и душа. Больше никого нет. И никогда не было. И никогда не будет.

— Зак… — Она посмотрела вниз на трассу, затем подняла на меня глаза под занавесом невероятно длинных ресниц. — Что это?

Я потер затылок.

— Признание в любви. Откровение. И… предложение руки и сердца?

Впервые после аварии я потерял контроль над ситуацией.

Я летел в неизвестность без плана, полностью завися от прихотей судьбы и до смерти напуганный. Меня сопровождали только предсмертные слова отца и женщина моей мечты.

Я никогда не чувствовал себя таким живым.

— Ты же понимаешь, что это так на тебя не похоже.

— Да.

— И что к концу часа об этом узнают все в штате.

— Мне все равно.

— Включая твою мать.

— Она одобряет наши отношения.

Губы Фэрроу разошлись.

— Одобряет?

— Клянусь.

На мои слова она кивнула, переваривая новость.

Наконец она сжала мою руку, глядя вниз, где мы соединились.

— Расскажи мне что-нибудь об осьминоге.

Я ответил, не пропуская ни одного удара.

— Осьминог занимает первое место в животном мире по маскировке. Он может мгновенно менять цвет, деформировать свое тело и переставлять руки. Именно это ты и сделала. Ты пробралась в мою жизнь, притворяясь проблемой, а на самом деле оказалась моим решением. Моим спасением.