Проглотив приступ смеха, я открыла дверь и на цыпочках зашла в комнату. Я ожидала – хотя, скорее, надеялась, – что Эйприл останется ночевать у Райана, после того как мы с ней поцапались. Было бы идеально, если бы она пришла рано утром и обнаружила, что место для моей одежды в нашем маленьком шкафу все еще пустует и все вещи в чемоданах, это бы сравняло счеты. И Найт спал бы рядом со мной, точно так же, как Райна спит с ней почти каждую ночь.

Мои надежды рухнули, когда я заметила ее силуэт под одеялом, спиной к нам, ее ровное дыхание говорило о том, что она спит. Одна.

Слава богу, Райана здесь нет. Интересно, поругались ли они?

Я головой указала Найту следовать за мной, закрыла дверь и бросилась на нижний ярус кровати. Я взглядом пригласила его ко мне. Он снял ботинки, пальто и повесил его на спинку стула, а потом присоединился ко мне в кровати. Я достала телефон и отправила ему сообщение. Если бы мы начали разговаривать, то Эйприл проснулась бы. Она очень чутко спит.

Луна: Тебе надо улизнуть до того, как она проснется. Это обычно около десяти по выходным.

Найт: Хорошо.

Он пялился в экран телефона, но перевел взгляд на меня. Мы лежали близко друг к другу в уютной кровати, наши лица освещала только подсветка телефонов. Я хочу задать ему так много вопросов.

Луна: Итак … Мы?

Найт: Вместе?

Луна: Да.

Он оторвал взгляд от экрана, оттенки зеленого цвета в его глазах покорили мое сердце. Как я могла позволить ему выскользнуть из моих рук? Как я могла отказаться от него? Кого это вообще волновало ? Любовь эгоистична. Любовь такая неудобная. Любовь несправедлива, непредсказуема и неудержима.

Он опять посмотрел на экран телефона.

Найт: Могу я по-другому ответить на твой вопрос?

Луна: Танцем?

Его грудь задрожала рядом со мной, он пытался сдержать смех. Его улыбка великолепна. Это единственное оружие, которое он может использовать, чтобы обезвредить меня.

Найт: Да, но лучше.

Он бросил телефон между нами, взял лицо в свои руки и прижался губами. Его рот столкнулся с моим, он провел языком по контуру губ, прежде чем погрузиться и глубже поцеловать меня.

Я застонала против собственного желания.

– Если я сделаю это, то мы не разбудим твою соседку, – прошептал он.

Я кивнула. Он коснулся губами моего уха и провел языком по мочке, а потом засунул его внутрь, заставив меня проглотить смех и задрожать. Я возбуждена. Я никогда не была так возбуждена.

Ну ладно, это не совсем правда, но я никогда не хотела так ощутить его внутри, как сейчас. Моя грудь стала твердой, когда его игривый язык нашел путь от моего уха к горлу, провел по чувствительной зоне к центру, его руки занялись джинсами, спуская их ниже. Я ждала, что он уделит больше внимания моей груди, но вместо этого он встал с кровати, и его лицо опустилось к моей промежности.

Мое сердце начало биться быстрее. Он посмотрел на меня в тишине. Темноте. Задумчиво.

Я вопросительно посмотрела на него.

Извини, беззвучно произнес он одними губами. А потом одним жестким движением он порвал хлопковые трусики, бросая их на пол. Еще до того, как я осознала, что он сделал, его лицо оказалось у меня между ног, вкушая меня. Вкушая. Его язык трепетал там.

– Господи, – выдохнула я. – Да.

Он погрузил палец в меня, полностью заполняя языком и пальцами. Он вбивался так глубоко, что я ощущала его повсюду. Он по кругу двигал пальцем внутри, а когда достиг самой глубины, то надавил, заставив меня издать сладкий стон. Он схватил меня за задницу своей огромной ладонью и приподнял меня под углом, который позволил ему засунуть язык еще глубже, а потом начал вытворять что-то нереальное. Он погружал в меня пирсинг, куда не смог достать языком, щекотал чувствительную точку снова и снова.

Ох боже! О боже! О боже!

Я ощущаю, как сок вытекает из меня прямо в его рот. Возможно, там целый ручеек. Я извергалась. Ну или была близка к этому. На его лицо. Простыни становятся влажными подо мной, я стекаю на пол по его пальцам, которые удерживают меня за задницу. Он издал стон, как лев на газели. Я кончала так сильно, что не могла остановиться. Спазмы пробежали по каждому сантиметру моего тела. Я дернулась, хватая подушку и кусая ее, когда волна за волной проходила по мне – расщепляя на атомы, умопомрачительные, нервные ощущения. Я никогда не смогу полностью этого описать.

Кульминация была настолько интенсивной, что мне показалось, что я под заклятием. Найт вытащил язык только тогда, когда мой зад коснулся матраса с мягким звуком. Когда я смогла открыть глаза, то увидела, как он вытирает мокрый подбородок тыльной стороной ладони, слизывая остатки моего сока, все еще смотря на мою промежность, как на что-то мистическое.