Вместо того чтобы развернуться назад и уехать, я включил ускоритель и тихо разогнал машину, оправдывая ее баснословную стоимость. Едва задница Эди оказалась перед моим окном, я ударил по тормозам в считаных метрах от дверей зала городского совета.
– Ван Дер Зи, – проорал я.
Девушка так резко развернулась, что подумал, она сломает спину. Я потянулся через сиденье и открыл дверь с пассажирской стороны.
– Садись в машину.
На миг у нее потрясенно отвисла челюсть, и больше всего на свете мне захотелось засунуть язык в ее приоткрытый рот. Между тем я открыл дверь шире и прорычал:
– Сейчас же.
Хрен, перед которым она собиралась раздвинуть ноги, теперь стоял прямо передо мной. У него была татуировка на шее, опьяневшие зеленые глаза и кольцо в губе. Он выглядел, как забракованный кандидат в группу Blink182. Только выше. И возможно, более мускулистый. Не такой здоровый, как я, но все же он воплощал типаж, который мог насобирать достаточно женских трусиков, чтобы открыть бутик Victoria’s Secret. Мой типаж.
Он лениво добрел до моей машины и по-хозяйски уперся локтями в край открытого окна. Дерзко. И ему придется распрощаться с этой дерзостью, если не будет осторожен.
– Могу я узнать, кто ты на хрен такой?
Он спокойно затянулся и выпустил струю дыма прямо мне в лицо. Парень играл в игру, которой я в совершенстве овладел еще в восемнадцать. А теперь в тридцать три я, даже глазом не моргнув, мог сломать ему и шею, и будущее. Я пытался напомнить себе, что не хотел делать с ним ни то, ни другое. Это всего лишь подросток в кофте с капюшоном. Павлин, пытающийся выжать пару особенно красивых перьев, чтобы произвести впечатление на подружку.
– Я ее начальник. А ты что за хрен?
– Ее твердый член, – он ухмыльнулся и наклонил голову набок. – И мне не нравится конкуренция за пределами океана. Так что проваливай.
Он постучал пальцем по сигарете, стряхивая пепел прямо мне в машину. На кожаное сиденье.
Дурной ход.
За спиной парня послышалось тихое хихиканье Эди. То ли дело было в том, что она забила на праздник Луны, то ли в том, что мне попросту осточертело сдерживать внутреннего придурка в отношении нее, но я рассвирепел и был готов перейти на следующий уровень настоящего ублюдка. Я припарковал машину, выскочил из салона и, обойдя авто спереди, схватил девушку за локоть.
– Если ты сейчас же не сядешь в машину, то узнаешь, что бывает, когда заканчивается обратный отсчет, – прошептал я ей в волосы, случайно задев губами ушную раковину.
Член дернулся в штанах, и я простонал. Эди обернулась и в недоумении посмотрела на меня.
– С какой стати я буду делать что-то для тебя в нерабочее время, Рексрот?
– С такой, что ты сказала, будто у тебя сегодня важное дело, и потому ты не сможешь прийти на праздник моей девочки. А на самом деле собиралась заняться сексом с каким-то болваном в заброшенном, кишащем крысами доме. Богом клянусь, Эди. Если ты сию секунду не сядешь в машину, завтра же утром твоего отца ждет воскресный визит от бизнес-партнера с подробным рассказом о твоих воровских замашках и сексуальных приключениях.
Угрожая восемнадцатилетней девчонке, что сдам ее родителям, я, конечно же, дошел до дна. Но ей все это было ни к чему. Не нужно курить всякую дрянь и трахаться в общественных местах. Безусловно, я бы в ее возрасте делал то же самое. Что ж. Я никогда не утверждал, что мне чуждо лицемерие.
– Слушай сюда, старик. Расслабь свои немощные конечности и прекрати обращаться с ней, как с дерьмом, иначе мне придется надрать тебе зад.
Белобрысый Чмошник окончательно меня достал, и я был близок к тому, чтобы закончить вечер в полицейском участке. Я успел толкнуть его лишь раз, и Эди встала между нами, расталкивая нас в разные стороны.
– Эй-эй-эй-эй, прекратите!
– Не нужен тебе очередной Джордан, Гиджет. Шли его лесом.
Парень указал на меня пальцем, в отвращении морща губы.
Эди замотала головой и, упершись ладонями ему в грудь, заставила пятиться обратно к скамье. Остальные ее друзья смотрели, так широко разинув от удивления рты, что практически можно было разглядеть, что они съели на обед. Они вскочили со скамейки, но не стали подходить ближе. Чертовы трусы.
– Все не так, Бэйн. Послушай, я потом все объясню. Увидимся завтра на пляже.
Она повернулась ко мне спиной и поцеловала его. Их губы соприкоснулись с ощущением такой близости, какую мне не доводилось испытывать с женщиной, потому что я никогда не проводил с кем-то дольше двух недель. И я смотрел, скрипя зубами.
– Хватит этой хрени. Пора ехать.
Я едва не швырнул Эди на пассажирское сиденье и, сев за руль, пристегнул ремень. Завел двигатель, пытаясь осмыслить собственную реакцию на эту абсурдную встречу и понять, куда мне ее, черт возьми, везти.
– Где ты живешь?
Я тронулся с места. Она не ответила, а только уставилась в окно со слезами на глазах. Машина легко скользила по грязной дороге, ведущей от водоема. Из-за бесшумной работы электродвигателя наше молчание становилось совсем нестерпимым. Я сжал руль, чувствуя, как ноздри раздуваются от злости.