Шикарной, умной, сострадательной. А что хуже всего – той, кто слепо в меня влюблен. Ей не нужно было говорить об этом вслух. Это сочилось из каждой поры ее шелковистой кожи.

Я не заслуживал ее.

Но мог заполучить, если бы захотел.

Я доплелся до дивана и упал на него. Никс присела на самый край рядом со мной и посмотрела на меня, совсем как Руни в предвкушении сказок.

Я провел рукой по влажным волосам.

– С чего начать?

– Хорошо бы с начала.

Засранка.

– Я родился в жаркий августовский день…

– Ну, может, не с самого начала. Давай с середины? Нет. С третьей главы. После экспозиции^[39], но до того момента, когда сюжет становится пикантным и закрученным.

Я посмотрел на нее с неведомой прежде нежностью, хоть и не до конца был уверен, что способен на нее, и издал смешок.

– Вся моя жизнь до девяти лет проходила, словно в тумане, а после – стала всецело связана с Бреннанами. Я должен был играть роль, что я и сделал. Сейчас я зарабатываю больше, чем Трой в свое время. У меня больше направлений бизнеса, больше собственности во владении, и я контролирую больше районов Бостона, чем когда-либо контролировал он.

– Но еще ты небрежнее, чем был Трой. – Эшлинг провела пальцами по моим волосам, поправляя бардак, который я устроил на голове, и улыбнулась. – Ты убиваешь больше людей. Сам оказываешься ранен. Уровень преступности растет. И всем прекрасно известно, что русская мафия – бомба замедленного действия, готовая рвануть в любой момент. Я читала об этом в новостях.

– Оттого, что ты прочла что-то в новостях, это не стало правдой, – заметил я.

– А что насчет ФБР? Киллиан говорит, что они тоже охотятся за тобой.

– Им никогда меня не поймать.

– Красиво сказано. – Она вздохнула.

– Можешь меня цитировать, Никс.

Эшлинг улыбнулась и, с тоской опустив руку в банку с пулями, вернула ту недостающую, которую украла у меня.

– Спасибо, – прохрипел я, закрывая глаза.

– Пожалуйста, мой дорогой монстр.

Я начал погружаться в сон, хотя изо всех сил старался не засыпать. Это напомнило о том, как первые несколько раз проходило Рождество с Бреннанами. Бороться с усталостью было все равно что плыть против течения, но происходящее было настолько приятным, и кто, черт возьми, знал, когда я в следующий раз испытаю такую неуловимую, упоительную радость?

Эшлинг, должно быть, спала рядом со мной, потому что, проснувшись, я все еще чувствовал ее тепло. Ее запах имбиря, и меда, и моей гребаной погибели.

Я зевнул и потянулся на диване.

– Сделай кофе, – проворчал я, но ответа не последовало.

Я открыл глаза и огляделся.

Рядом со мной стояла тарелка дымящегося куриного супа с лапшой, бутылка воды с отвинченной крышкой и несколько таблеток. Эшлинг ушла.

На следующий день я встретился с Барбарой Макаллистер на окраине Бостона.

Женщина была похожа на бездомную, но не как хипстерша, купившая дырявую рубашку за триста баксов, а как человек, которому позарез нужен сэндвич. Несмотря на обесцвеченные волосы, покрытое морщинами лицо и неудачно нанесенный автозагар, было очевидно, что когда-то она была привлекательной женщиной.

Барбара – мой последний удар, который необходимо нанести, чтобы поставить Джеральда на колени. Недостающая деталь в операции «Уничтожить Джеральда». Ей были известны какие-то непостижимые тайны, которые он хотел ото всех скрыть, и за щедрую плату она была готова поведать их всему миру.

– Но мне нужно точно знать, что оно того стоит. Я сделаю это только за адекватную плату. Можно сигаретку? – спросила Барбара, когда мы встретились в небольшой кофейне.

На ней было черное мини-платье и дешевый тренч, и похоже, что «адекватной платой» для нее стала бы двадцатка и обед из фастфуда. Я молча протянул ей пачку сигарет, сохраняя бесстрастное выражение лица.

Я по-прежнему неуклонно следовал своему плану относительно Джеральда Фитцпатрика, но больше не испытывал от этого удовольствия. В какой-то момент неизбежное причинение боли Эшлинг стало казаться мне совершенно неоправданным. Дело вовсе не в том, что я размяк. А в том, что ни к чему быть жестоким с такой послушной женщиной.

Такой чертовски послушной, что заправляет подпольной клиникой и постоянно ищет с тобой встречи.

Барбара закурила и выдохнула с довольной улыбкой.

– С чего ты вообще взял, что я получу контракт на написание книги? Женщин, в которых Джеральд совал член, и так пруд пруди. – Она посмотрела на меня с сомнением.

– Это правда, но ты единственная жила в одной из его квартир. Ты не была случайной партнершей, ты была любовницей. Он возил тебя в путешествия. Покупал тебе дорогие украшения. Готов поспорить, что это только вершина айсберга. – Я ухмыльнулся, подкинув ей наживку, чтобы заставить рассказать больше.