Вышло ужасно смешно. Я хохотала, когда ела. Гэбриэл и Сет не очень поняли, что на нас нашло, а я слишком была занята употреблением белков, чтобы объяснить.

Сет всю трапезу снова пялился на Анджи. На ее лицо, обрамленное кудрями, на то, как она смеялась и распиливала рыбные палочки столовым ножом. Я заметила, как его рука коснулась ее талии, когда он помогал ей сесть. И как чуть позднее соприкоснулись их пальцы, когда он передавал ей стакан с водой. И как они забавно подкалывали друг друга весь вечер. И как мило он ухаживал за ней и был готов исполнять любые прихоти по первому зову.

Гэбриэл заметил это тоже. Следил за Сетом, как кот за голубем. Порой выглядел почти мрачно и даже закатывал глаза, когда слышал их флирт и шуточки.

Только вечером, когда мы вернулись домой, мне удалось выяснить, что к чему. Уже лежа в постели и следя за тем, как Гэбриэл снимает рубашку, я спросила, чем ему не угодил Сет.

– Твой брат – жуткий бабник, – объяснил мне он. – Ни с одной девушкой не встречался дольше нескольких месяцев. С последней расстался совсем недавно, накануне отъезда из Дублина. Думаю, Анджи стоит узнать об этом.

Вот они, издержки работы детективом. У него всегда будет информация обо всех. А если не будет, так он ее найдет.

– Гэбриэл, они взрослые люди и сами как-нибудь разберутся без посторонней помощи. Что, если она – та самая? Я верю, что даже сердцеед может остепениться и вручить свое сердце одному человеку.

– Знаешь, почему Анджи здесь? Почему моя прекрасная сестра бросила хорошую работу, друзей, продала шикарную квартиру в Дублине и решила уединиться в этой глуши? Потому что человек, которого она любила, поступил с ней просто отвратительно. Она до сих пор борется с депрессией. Решила, что избалованные столичные мальчики – это то, от чего стоит держаться подальше, но, видимо, карму не проведешь сменой локаций.

– Можно спросить кое-что? – улыбнулась я.

– Давай, – кивнул Гэбриэл.

– А сколько девушек было у тебя и как долго ты с каждой из них встречался?

– О, по сравнению с Сетом я просто монах-францисканец.

– А почему надо сравнивать себя с Сетом? Давай сравним твой счет ну, например, с моим. У меня было два партнера. Как насчет тебя?

– Слегка… больше, – туманно ответил Харт, запуская руку в волосы. – Но уверен, что если бы ты поставила себе такую цель, то обскакала бы меня в два счета.

Я рассмеялась. Представила себя сердцеедкой. Как я прихожу в бары и клею парней, только чтобы записать их потом в своей списочек. А после даже не перезваниваю! Прямо как в песне «Спасибо, следующий» Арианы Гранде.

– Думаешь? – усмехнулась я. – Интересная идея.

– Нет-нет, я забираю свою идею обратно, – сказал Харт с нервным смешком. – Меня в дрожь бросает от одной мысли о том, что ты могла бы пуститься во все тяжкие.

– Что за отвратительные двойные стандарты? – рассмеялась я.

– Двойные, тройные, плевать. У тебя было два партнера, и, боюсь, на этом все.

– Хочешь, чтобы мой второй партнер был моим последним? – улыбнулась я.

– А что, вам было бы этого мало, мисс МакАлистер? – подначил меня он.

– Не знаю, зависит от вашего трудолюбия, мистер Харт, – ответила я прежде, чем он закрыл мне рот поцелуем…

Мы сошлись на том, что он не будет вмешиваться в отношения Сета и Анджи, как бы ни хотелось. В конце концов, может быть, они вовсе не начнут встречаться. Может быть, мой брат просто потаращится на нее пару дней, потом решит, что этот орешек ему не по зубам, и отчалит обратно в Дублин?

Тем вечером мне долго не спалось. Я заварила себе чай и вышла на крыльцо. Синие сумерки опустились на землю, небо усеяли звезды, воздух пах морем и мокрой травой. Луна выплыла из облака и осветила спящий сад голубоватым светом.

Сквозь ряды сбросивших листву деревьев я разглядела парковку нашего дома, на которой стояли три машины: черный седан Гэбриэла, серебристое купе Анджи и внедорожник Сета. Анджи сидела на капоте машины, слегка откинувшись назад. Сет склонился над ней. Они были так близко друг к другу, что их фигуры сливались в одно. И целовались так, словно это был их последний вечер на Земле.

Утром, когда мы с Гэбриэлом спустились вниз на кухню, то увидели Сета и Анджи, мило воркующих на диване у камина. Я даже не была уверена, ложились ли они спать. Возможно, так и просидели здесь всю ночь у огня.

Думаю, Гэбриэл заметил это тоже. Глаза детектива не знают покоя. Он сам однажды сказал мне об этом. И что внимание к деталям – оно и благословение, и проклятие одновременно.

– Утро доброе, – протянул Харт, останавливая взгляд на Сете, который в этот момент весьма опрометчиво взял руку Анджи и принялся пересчитывать на ней пальцы. – Можно с тобой поговорить?

– Надо же, – кивнул тот. – А я как раз хотел поговорить с тобой.