Я задремала, но вскоре проснулась смущенной и дезориентированной. Меня охватила паника, пока я не поняла, что была не в модном доме Карсона. Я в безопасности. С судьей. Душ в гостевой ванной комнате оказался раз в десять более роскошным, чем дерьмовый в моей съемной, где было ограниченное количество горячей воды. Этот, похоже, мог распылять воду целую вечность. После самого долгого за последнее время душа я накинула полотенце и стала развешивать свою новую одежду в шкаф. Стук в дверь испугал меня.

Бросившись к двери, я распахнула ее и с облегчением увидела Макса. Представляла ли я именно его или нет, когда довела себя до оргазма в душе впервые за долгое время?

– Я хотел сказать тебе, что... – он замолк, когда уставился на меня, стоявшую в одном полотенце. Я открыла дверь, не подумав. Жар полз вверх по моей шее, пока Макс пытался, но никак не мог оторвать взгляд от моего тела, едва прикрытого плюшевым полотенцем, завязанным на груди. – Я... эм... я...

Макс пытался подобрать слова, а я тем временем изучала его свежевымытое тело. На нем уже не было костюма, теперь он выглядел непринужденно – и очень сексуально, если честно – в обтягивающей черной футболке с V-образным вырезом и облегающих джинсах из плотного денима с модными сейчас дырками. Его темно-каштановые волосы смотрелись так, словно он только что кувыркался в постели, они были уложены с какой-то нарочитой беспорядочностью. Он потер ладонью покрытую щетиной щеку, а потом поднял взгляд к потолку, словно собирался читать молитву Богу.

– Ты хорошо выглядишь, – едва слышно прошептала я.

Макс впился в меня острым взглядом зеленых глаз, в которых я заметила проблеск голода. По спине пробежала дрожь, никак не связанная с тем, что мои волосы все еще были мокрыми, а кондиционер выдавал прохладный воздух.

– Ты тоже, – его голос казался диким и грубым. Он словно взывал к женщине во мне, желавшей соединиться с мужчиной как физически, так и эмоционально.

– Ох, – отозвалась я, игриво рассмеявшись. – Ты про это старье?

Уголок его губ потянулся вверх. Мне все сильнее нравились кривые улыбки Макса.

– Особенно это старье, – он протянул руку и дернул меня за мокрую прядь волос. Его близость словно пробуждала меня от долгого сна. Я чуть не застонала от желания, когда его большой палец прошелся по моему подбородку, прежде чем Макс убрал руку. – Тебе нужно одеться и помочь нам с готовкой.

Он пошел прочь вдоль по коридору, но я поймала на себе еще один взгляд через плечо. На лице Макса отражалось напряжение, словно он воевал сам с собой. Мне очень захотелось встать на сторону игривого Макса и убедить ответственного судью, что быть немного безрассудным – это нормально.

Я так устала убегать и прятаться.

Мне просто хотелось быть свободной.

И Макс может стать так необходимым мне сейчас человеком. 

***** 

Тридцать минут спустя я уже была напряжена до предела. Из-за него. Я решила признать свое влечение к Максу и была решительно настроена что-то с этим сделать. А под «сделать» я подразумевала возвращение к своему прежнему «я». Внутри меня снова вспыхнул огонь, который раньше всегда горел в груди, заставляя становится лучшей во всем, к чему стремилась. Я ощущала медленный жар, который вполне мог перерасти в бушующее адское пламя. Карсон погасил мой огонь своим невероятно холодным, даже ледяным сердцем. Но я больше была не в силах сдерживать его.

Прежде чем выйти из комнаты, я снова бросила взгляд на свое новое летнее платье. Ярко-синий низкий верх аппетитно обнажал декольте, а чтобы показать открытую спину, я собрала волосы в гладкий конский хвост. Белые шлепанцы, которые я обула, были не совсем сексуальными, но все остальное смотрелось чертовски хорошо. Макияж был приглушенным, но губам уделено особое внимание. Теперь они выглядели более полными и привлекательными для поцелуев. Сегодня я хотела снова поцеловать Макса.

Я побрела через весь дом к кухне. Его дочь, София, сидела за столом и резала овощи для салата. Макс стоял возле кухонного острова и протыкал дырки в стейках. Каждый раз, когда он погружал острие в мясо, на предплечье бугрились мышцы. Мне все еще трудно было поверить, что ему столько лет, сколько он утверждал. Смотря на Макса Роу, я не видела стареющего мужчину.

Он был зрелым.

Сильным.

Сексуальным.

Вызывающим привыкание.

Похоже, он по-настоящему не сознавал, насколько привлекателен. Каждый раз, когда мы флиртовали, Макс казался почти застенчивым. И хотя в целом он был уверенным в себе мужчиной, что-то в его отношениях с женщинами – или только со мной – казалось милым и невинным.

После пережитого с Карсоном ада, Макс был именно таким мужчиной, который мне нужен.

– Ты хоть знаешь, как делать лимонад? – спросила София вместо приветствия, ее голос был полон яда.