Я густо покраснела.

— Назовите меня заинтересованной стороной.

— Ревнуешь, Лев? — Я сладко усмехаюсь.

— Из-за?

— Чета

Он ухмыляется, потом хихикает.

— Нет, lastachka, Я не ревную.

Мой лоб морщится.

— Ты продолжаешь называть меня так.

— Как, lastachka?

Я киваю, и его губы слегка кривятся.

— Это значит "маленькая ласточка". Маленькая птичка.

Я краснею.

— Ой.

Никто никогда раньше не называл меня каким-либо ласкательным именем.

— И я не завидую ему. Мы оба знаем, почему ты выходила замуж за этого человека.

— О, правда?

— Потому что так пожелал твой отец. Для бизнеса, да?

Я ничего не говорю.

— В России это обычное дело. Здесь не так уж и часто, не так ли?

Я качаю головой.

— Это не правильно ни в том, ни в другом месте.

Я смотрю мимо него на ноутбук. Он хмурится и поворачивается, чтобы закрыть ее.

— Все это не… — Я хмурюсь, глядя вниз.

— Ты популярная девушка, — ворчит он.

Я свирепо смотрю на него.

— Это…

— Не мое дело.

Я открываю рот, чтобы сказать “неправда", но вместо этого закрываю его.

— Мне просто было любопытно.

— Удовлетворен? — бормочу я.

Лев мгновение ничего не говорит, прежде чем пожать плечами.

— У всех нас есть свое прошлое, Зои. Наши собственные демоны и дьяволы. Наши собственные решения, которые были нашими собственными. А теперь я даю тебе один шанс. Нужно принять решение.

Я поджимаю губы.

— Что это?

— Ты могла бы уйти. Уходи и возвращайся к своему отцу, который продал бы тебя за деловое соглашение. Возвращайся к своему любящему жениху, который, я уверен, ужасно скучает по тебе.

Я фыркаю от смеха. Лев закатывает глаза.

— Возвращайся к людям, которые использовали бы тебя как пешку в своих глупых, дурацких играх.

Я сглатываю.

— Или?

— Или, — рычит он, двигаясь ко мне, заставляя меня дрожать. Я отступаю, когда он приближается, пока моя спина не упирается в стену позади меня. Лев продолжает приближаться, пока не прижимается ко меня своим телом. Я тихо задыхаюсь, мой пульс учащается.

— Лев…

— Или ты останешься здесь, со мной.

Я дрожу, прижимаясь к нему. Его рука опускается на мое бедро. Я ахаю, когда его пальцы сжимают пышное белое платье. Он дергает его вверх, и я хнычу, когда его пальцы скользят вниз, чтобы коснуться обнаженной кожи. Его пальцы гладят мое бедро, заставляя мою голову кружиться, когда мое тело болит из-за него.

— Если… — я сглатываю, тяжело дыша. — Если я выберу первое…

Его челюсть сжимается до скрежета.

— Ты сделаешь… — у меня перехватывает дыхание, когда его пальцы дразнят мою кожу. — Ты действительно отпустишь меня?

Его глаза впиваются в мои, губы кривятся.

— Нет, — он рычит.

Я моргаю.

— Подожди, НЕТ?!

— Нет.

— Подожди секунду! Ты точно сказал…

— Я солгал, — ухмыляется он.

— Ты засранец!

— Думай об этом как об отпуске, — усмехается он.

Я ощетинилась.

— Отпуск.

— Da.

— Каникулы не предполагают запертых дверей.

— Нет с таким отношением они это делают.

Лев поворачивается и направляется обратно на кухню.

— Они также не предполагают ношения долбаного свадебного платья двадцать четыре часа в сутки! — кричу я ему вслед.

— Тогда вы можете снять его, — усмехается он через плечо. — Если вам понадобится помощь с этой целью, я буду дальше по коридору.

Я стискиваю зубы, замечая, что краснею. И вдруг, не имея ни малейшего представления, какого черта я делаю, я бросаюсь на него. Я замахиваюсь кулаком ему в затылок, как вдруг Лев с рычанием поворачивается. Он легко ловит мой брошенный удар за запястье, выкручивая мою руку, когда он дергает меня к себе.

Я задыхаюсь, и у меня едва хватает времени осознать, что происходит, прежде чем его рот прижимается к моему. Его губы берут мои, когда он глубоко целует меня.

Но мгновенно я полностью принадлежу ему. Я издаю стон в поцелуе, задыхаясь и всхлипывая, когда мое тело погружается в его. Пока внезапно он не отстраняется, оставляя меня бездыханной. Мое лицо горит, и мои губы кажутся распухшими от его прикосновения.

Его глаза пронзают мои, и низкое рычание грохочет в его груди. Но затем он поворачивается и идет по коридору, оставляя меня дрожащей, сбитой с толку и жаждущей большего от него.

Лев