Кай опускает окно, тихо бормоча спасибо, и закуривает одну из своих самокруток. Затем мы отъезжаем от самолета и направляемся к группе небольших ангаров и офисов рядом с воротами на маленьком частном аэродроме.

В идеале, конечно, Мал сам бы приехал за мной. Но я знаю, что он глубоко погружен в какие-то дела с Кензо. Плюс, я приехала немного раньше, чем ожидалось. Тем не менее, тревожное, жадное чувство от того, что я скоро увижу его после двух чертовых недель разлуки, почти невыносимо. Даже просто осознание того, что я меньше чем через полчаса смогу прикоснуться к нему, поцеловать его и вдохнуть его запах, заставляет мое тело трепетать от предвкушения.

Внедорожник приближается к группе небольших ангаров и закрытых офисов рядом с воротами. Но вдруг Кай начинает замедляться.

— Фрея, — хрипло бормочет он, когда машина останавливается на скользком асфальте.

Я хмурю брови, когда наклоняюсь вперед между двумя передними сиденьями, следуя за его взглядом к маленькой будке охранника рядом с забором из сетки, который ограждает аэродром.

— Что происходит…

В будке охранника никого нет. Она пуста.

Это… неправильно.

Кай глубоко затягивается сигаретой, а его свободная рука опускается к сиденью, чтобы достать пистолет.

— Кай?

— Просто предосторожность, — хрипло бросает он, сужая глаза на будку. Он начинает открывать дверь и выходить. — Оставайся в…

Я вскрикиваю, когда громкий хлопок разрывает ночную тишину. Кай дёргается, судорожно вздрагивает и ударяется о бок внедорожника, прежде чем внезапно падает на землю.

Моё сердце бешено колотится, поднимаясь к горлу. Но, наплевав на то, что только что сказал Кай, я мгновенно перелезаю на переднее сиденье и выскакиваю из машины, чтобы присесть рядом с ним.

— КАЙ!

Его глаза заплывают, и он падает на землю.

Повсюду кровь.

О Боже…

— Иди, — задыхается он, корчась в агонии. — Исида-кай… Фрея, их заметили в Киото, пока тебя не было.

Холодное лезвие медленно тянется по позвоночнику. По венам пробегает леденящее чувство.

— Кай, держись! — Я пытаюсь поднять его за лацканы пиджака. Но он сложен как танк, и я ни за что не смогу его поднять. — Помоги мне, Кай! — кричу я. — Помоги мне затащить тебя в…

Мой пульс скачет, когда я перевожу взгляд на его лицо.

Его глаза смотрят в пустоту, губы не шевелятся.

Черт возьми.

Кай ушел.

И я, блядь, одна.

Я уже до смерти напугана. Но когда слышу грубый, медленный, безжалостный смех, доносящийся откуда-то из тени позади меня, в позвоночник словно внезапно вонзается холодное лезвие.

Я рывком поднимаюсь на ноги, поворачиваюсь и в ужасе вглядываюсь в темноту.

Смех раздается снова: медленный, темный, полный злобы.

На секунду я клянусь, что слышу, как пуля с моим именем вылетает из темноты, чтобы забрать меня. Но тут меня осеняет еще более мрачная мысль.

Исида-кай — не любительские головорезы. Они, пожалуй, даже более сильны и дисциплинированы, чем Мори-кай. И если они знали, что я нахожусь здесь, на аэродроме, и решили устроить здесь засаду, значит, им известно, кто я такая.

То есть кто я для Мори-кай.

И, я с Малом, по сути, вторым помощником Кензо.

Они здесь не для того, чтобы стрелять в меня.

Они здесь, чтобы забрать меня и использовать как разменную монету.

С этой мыслью я бросаю последний взгляд на бедного Кая, стискиваю зубы и бросаюсь бежать.

Я ожидаю этого. Но когда слышу, как шаги гулко отдаются по мокрому асфальту за мной, всё моё тело наполняется адреналином, а пульс грохочет в ушах.

По обе стороны от ворот стоят небольшие группы ангаров и складов. Я бегу к тем, что находятся напротив места, откуда раздался выстрел. Здесь нет плана. Нет волшебного пути к спасению, который я вдруг вспомнила. Только тени, тьма и слепая надежда на то, что я с ними знакома лучше, чем тот, кто меня преследует.

Несусь вдоль стены склада из гофрированного металла, сердце бешено колотится, а лёгкие горят. В конце сворачиваю направо, пригибаюсь за одним из ангаров, затем скольжу за груду контейнеров и разворачиваюсь обратно.

Мгновенно приседаю и замираю, услышав шаги, которые проносятся мимо того места, где я только что была. Из-за угла контейнера я вижу лишь мелькнувший чёрный силуэт, когда мужчина пробегает мимо моего укрытия.

Мне приходится изо всех сил стараться заглушить гул в ушах, пытаясь настроить слух на звук шагов, удаляющихся в ночь.

Лёгкие наполняются воздухом и опустошаются, когда я слышу, как эти шаги растворяются в тенях, будто он продолжил бежать мимо моего укрытия за контейнерами. Я медленно выдыхаю, дрожа, и рука скользит в карман худи.

Чёрт возьми.

Телефона нет: либо он выпал где-то во время погони, либо остался в машине. А значит, я не могу позвонить Малу.

Никакой подмоги.