Мои губы кривятся. Это пистолет, полный холостых патронов, из которого Максим стрелял на лодке.

— Это подделка?! — Петя ревет, бледнея. Он вскакивает на ноги, дрожа. — Зачем... зачем тебе фальшивый пистолет, Юрий?!

Я стою с мрачным выражением лица. — Я не знаю, Петя. Но я обещаю тебе... — Я выхватываю пистолет из кобуры за спиной и направляю его прямо ему в лицо. — Этот вполне настоящий.

Его глаза вылезают из орбит. — Юрий! Ты… твой отец и я...

— Отвернись, — Я шепчу Ривер. Она оборачивается, прикрывая уши, когда я улыбаюсь прямо в лицо Пети и нажимаю на спусковой крючок.

Самый настоящий пистолет щелкает у меня в руке. Голова Пети откидывается назад, когда самая настоящая пуля проходит у него во лбу. С тяжелым стуком его тело падает на землю.

Я разворачиваюсь и топаю к входной двери, жажда мести бурлит в моих венах. Я распахиваю ее пинком. Двое здоровенных охранников снаружи удивленно оборачиваются, но я открываю дверь, убивая их в считанные секунды.

А потом наступает тишина. И все кончено.

Я поворачиваюсь как раз в тот момент, когда Ривер, рыдая, врезается в меня. Я отбрасываю пистолет, обнимаю ее и крепко прижимаю к своей груди.

— Все кончено, — тихо шепчу я ей на ухо. — Все кончено, котенок.

Городской автомобиль въезжает в большие кованые ворота. Он замедляет ход и останавливается возле великолепного особняка Лорел-Каньон в стиле середины века, окруженного высокими пальмами. Конечно, Белль была Белль, она не могла жить в большом современном доме на Холмах, как любая другая кинозвезда. Мисс Фри Спирит пришлось купить здание, прославившееся благодаря фолк-музыкантам и рок-звездам 60-х и 70-х годов.

Я поворачиваюсь к Юрию и сжимаю его руку. — Готов?

Он ухмыляется. — Готов.

Снаружи машины открывается дверь большого особняка. Белль выскакивает, сияя при виде тонированных стекол. Она знает, что я здесь, в машине. Она не знает о Юрии. Все, что она знает, это то, что я только что вернулась в США после своих приключений за границей и что я — хочу рассказать ей все.

Я предупреждала ее, что это может показаться ей странным. Я сказала ей, что это не то, что она думает. Но я точно не собиралась говорить "и, кстати, я влюблена в твоего папу" по телефону.

Итак, мы здесь. Это может иметь неприятные последствия или броситься нам в лицо. Мы с Юрием говорили о том, чтобы скрыть это; сохранить это в секрете, чтобы Белль не пострадала. Но никто из нас не хотел этого. И вот, после того, как меня похитили два разных главаря Братвы, после того, как в меня стреляли, связывали и пугали до смерти сотни раз… это будет самое страшное, что я когда-либо делала.

Но когда Юрий рядом со мной, я знаю, что смогу это сделать. Я должна.

Я поворачиваюсь и медленно целую его. Затем отстраняюсь, открываю дверь и выхожу на калифорнийское солнце.

— Ты здесь! — Кричит Белль, подбегая, чтобы обнять меня. Я тихо закрываю за собой дверь городской машины, прежде чем крепко обнять ее в ответ.

— Ладно! Неизвестность, блядь, убивает меня! Скажи мне! — Она смеется. — Скажи мне, скажи мне, скажи мне!

Я прикусываю губу. — Я хочу, чтобы ты знала, что я люблю тебя.

Она с любопытством хмурится. — Я тоже люблю тебя, чудачка.

— И ты моя самая лучшая подруга в мире, Белль. — Слезы наворачиваются у меня на глаза. — Ты мне как сестра.

Она хмурится. — Ривер, ты в порядке?

— Я не могу сказать тебе, — Я шепчу. — Я должна показать тебе.

Я протягиваю руку назад и открываю дверцу машины. И Юрий выходит. Белль смотрит в замешательстве.

— Папа, — она хмурится. — Я не знала, что ты... — она качает головой. — Что ты делаешь...

Она замирает. Внезапно ее рот приоткрывается.

— О, срань господня...

— Белль...

— Святое дерьмо! — задыхается она. Она отступает, а затем поворачивается, ее пальцы запускаются в волосы, когда это действительно поражает ее.

— Срань господня! — кричит она пальмам.

Юрий берет меня за руку. Я крепко сжимаю ее, отчаянно пытаясь сдержать слезы.

— Белль, я... я не искала этого, и мы ничего такого не планировали...

— Я, блядь, так и знала! — воркует она. Она разворачивается, и я заикаюсь. Она не выглядит разъяренной. Она улыбается.

— Ты… что? — Я задыхаюсь.

— Я, блядь, так и знала! Эта чушь о наследнике нефтяного магната или что там еще?! — Она смеется. — Я знала, что мой отец был на своей лодке в Черном море. Я имею в виду, я не знала, но… Я задавалась вопросом. Я даже поспорила на это Нико. — Она усмехается. — Официально он должен мне пятьдесят баксов.

Я пристально смотрю на нее. — Белль...