Машина остановилась перед виллой Скудери, и Лука припарковал взятый напрокат " БМВ " прямо за ней. Лука и Ария немедленно вышли из машины, и я толкнул дверь, чтобы последовать за ними, но остановился, когда понял, что Джианна еще даже не расстегнула ремень. Она пристально смотрела на свои руки, лежащие на коленях. Во мне вспыхнуло раздражение. Неужели она никогда не сможет пойти по легкому пути? Она должна быть такой чертовски упрямой?

— Я не в настроении спорить с тобой, Джианна. Ты не должна позволять отцу ждать прямо сейчас. Он и так зол. Вылезай из машины или я понесу тебя.

Я ждал умного ответа. Вместо этого она потянулась, чтобы отстегнуться. Ее руки дрожали, и внезапно я понял, что происходит. Джианна не тянула время, чтобы досадить мне. Она нервничала из-за возвращения сюда. Ее пальцы боролись с ремнем безопасности. Я оттолкнул их и сделал это за нее. Ее глаза взлетели вверх, брови сошлись на переносице, когда она изучала мое лицо. Она выглядела чертовски взволнованной. Она даже не оттолкнула мои руки, которые все еще лежали на ее бёдрах.

— Нам нужно уходить, — повторил я, на этот раз без прежнего раздражения.

Она медленно кивнула, ее глаза метнулись к окну. Я видел, что Лука и Ария наблюдают за нами, а позади них Стэн и Кармайн ждали. Ромеро задержался возле нашей второй машины, осматривая окрестности. Я не думал, что это ловушка, но с этим гребаным снаряжением никогда нельзя знать наверняка. В последние несколько месяцев между нами не все было гладко.

— Мне страшно, — тихо сказала она и я хрипло рассмеялся. — Разве не ужасно, что я боюсь собственного отца?

— Твой отец советник и огромный мудак. Есть много причин его бояться.

Она все еще смотрела на свои колени.

— Он ненавидит меня. После того, что я сделала, он не колеблясь пустил бы мне пулю в лоб.

Ему придется пройти через меня, и я не сомневался, что смогу уложить его одной рукой, привязанной к спине. Я взял ее за подбородок и повернул к себе, пока ее голубые глаза не встретились с моими.

— Я этого не допущу.

На мгновение она смягчилась, и ее глаза метнулись к моим губам, но затем Джианна стала самой собой и отстранилась. Я чуть не застонал. Она открыла дверь и выскользнула. Когда я догнал ее, на ее лице не было и следа страха. Она высоко подняла голову и бросила на людей Скудери самый язвительный взгляд, который я когда-либо видел. Это была та Джианна, которую я знал. Единственным признаком того, что она не была так расслаблена, как притворялась, было то, что она не спорила, когда я положил руку ей на поясницу, когда вел ее к входной двери. Я не мог дождаться, чтобы провести руками по каждому дюйму ее тела, чтобы, наконец, заявить на нее права. Образы Сида с его лапами на ней снова проскользнули в мой разум, и я должен был сопротивляться желанию ударить что-нибудь.

Лука поднял брови, на его лице было написано нетерпение.

— Какого черта ты так долго?

Я проигнорировал его, потому что в этот момент дверь открылась и в дверном проеме появился Скудери с хмурым выражением лица. Джианна прижалась ко мне. Думаю, она даже не заметила, потому что ее лицо оставалось совершенно невозмутимым.

Скудери коротко переговорил со своими людьми, прежде чем отослать их и повернуться к Луке. Они пожали друг другу руки, и он обнял Арию. До сих пор он не удостоил Джианну ни единым взглядом. Это чертовски меня раздражало. Его холодные глаза уставились на меня, и я усмехнулся. Я ненавидел в нем все, даже его глупое лицо и зачесанные назад волосы. Он выглядел как худшее клише гангстера.

— Вижу, вы ее нашли, — сказал он.

— Я всегда получаю то, что хочу.

Он по-прежнему не смотрел в сторону Джианны, но выражение его лица стало жестоким.

— Тебе нужна была уважаемая Итальянка. То, что ты получаешь, это руины бог знает скольких людей.

Джианна напряглась под моей рукой, ее глаза немного расширились, прежде чем она восстановила контроль над своим лицом, но ее отец еще не закончил. Неудивительно, что они с отцом не так хорошо ладили.

— Не понимаю, зачем ты вообще тратил на нее время. Мои люди могли бы поймать ее и без тебя.

Его люди многое сделали бы с Джианной. Лука предупреждающе прищурился. Мог ли он сказать, как сильно мне хотелось вонзить нож в уродливую рожу Скудери? Я оглянулся на Скудери, желая стереть с его лица эту высокомерную ухмылку.

— Я думаю, мы должны пойти внутрь, чтобы обсудить дела, — сказал Лука, используя свой голос Капо.

Обычно, когда он так делал, это действовало мне на нервы, но на этот раз, вероятно, было к лучшему. У меня было чувство, что мой нож случайно войдет в глазное яблоко Скудери, если мне еще секунду придется терпеть его глупое выражение.