Ее лицо вытянулось, и на полсекунды я решил проигнорировать сообщение Фаро, но сказал ему, чтобы он не беспокоил меня, если это не важно.

— Ох, конечно.

Я сжал ее руку.

— Мы можем завтра утром снова отправиться.

Она кивнула и позвала:

— Лулу, Даниэле, идите сюда!

И собака, и мой мальчик повернулись к ней и вприпрыжку побежали к нам. На мгновение лицо Даниэле напомнило мне о прошлом, почти таком же по-детски невинном, как тогда.

Как только мы вернулись в пляжный домик, я позвонил Фаро, пока Джулия очищала песок с собаки и Даниэле.

Симона ползала по полу, гоняясь за мячом, который гремел самым раздражающим образом.

— В чем дело? Надеюсь, это важно. Я не хотел, чтобы меня беспокоили.

— Пока ты трахал свою молодую жену, Лука пришел в бешенство. Он убил своих дядей Готтардо и Эрмано, а также того двоюродного брата, чье горло его кузена он раздавил.

Я откинулся назад, потрясённый.

— Какого хрена произошло?

— Никто толком не знает. Маттео не очень охотно делится информацией. Ходят слухи, что Лука также порубил всю новую главу Тартара MК в Джерси.

Симона потянула меня за штаны и медленно поднялась. Я протянул руку, поддерживая ее, когда она беззубо улыбнулась мне.

— Ходят слухи, что он охотится за предателями… некоторые подозревают, что это как-то связано с его женой. Это секретно, но она отправилась в Чикаго, где встретилась с Данте гребаным Кавалларо.

Я упёрся руками в бедра, мои мысли вышли из-под контроля.

— Думаешь, Ария была замешана в предательстве?

— Она все еще жива.

Лука и Ария казались счастливыми снаружи, или настолько счастливыми, насколько может быть брак в нашем мире, особенно если муж был таким же человеком, как Лука… или я.

Джулия появилась в гостиной, беспокойство омрачило ее лицо, посмотрев на меня. Она медленно подошла ближе.

— Я вернусь сегодня вечером. Договорись о встрече. Мой отец тоже должен присутствовать.

Если Лука пошел на такое крупное убийство, как это, мне необходимо убедиться, что мой собственный город был чище, чем чистый.

— Будет сделано.

Я повесил трубку.

Джулия опустилась рядом со мной.

— Что случилось?

— Тебе не о чем беспокоиться.

— Твое лицо говорит совсем о другом.

— Это бизнес. Лука убил двух Младших Боссов. Его дяди Готтардо и Эрмано.

Она дернулась, ее глаза наполнились шоком. Вдруг я осознал, как был невнимателен. Они тоже были ее дядями, но у меня никогда не возникало впечатления, что они ей очень нравятся, что было неудивительно. Они были садистами-эгоистами.

— Ты расстроена из-за своих дядюшек?

Она выглядела так, словно я вытащил ее из оцепенения, а потом резко тряхнула головой.

— Я беспокоюсь за тебя. Что, если Лука избавится от еще большего количества Младших Боссов?

— Он от меня не избавится. Нет, если только я не дам ему повода, а я этого не делал.

Она медленно кивнула, затем ее глаза снова расширились.

— Киара!

— Кто это?

— Моя двоюродная сестра Киара. Она дочь Эрмано. Что насчет ее матери и моей тети?

— Не знаю. Фаро ничего не сказал.

Она схватила меня за руку.

— Кассио, пожалуйста, выясни это. Киаре всего двенадцать лет. Что, если она пострадала?

— Сомневаюсь, что Лука обидит ребенка.

Ее встревоженное выражение лица заставило меня снова взять трубку. Обычно я бы сразу позвонил Луке, но в нынешней ситуации это казалось неразумным.

— Собирай наши вещи и готовь Симону и Даниэле. Мы должны выехать через тридцать минут. Я спрошу отца о Киаре.

Отец сразу же поднял трубку.

— Фаро тебе обо всем сообщил?

— Да. Это может подождать до нашей встречи. Мне необходима информация о дочери и жене Эрмано.

— Ребенок жив, но Эрмано застрелил свою жену, — в голосе отца прозвучала нотка, от которой у меня даже зубы заныли.

— Хорошо. Я разговаривал с друзьями в Нью-Йорке, пытаясь понять нынешнее настроение Луки, если он закончил убивать…

— Ты должен был все ему рассказать, Кассио.

— Отец, все будет хорошо. Прошлое есть прошлое. То, что я сейчас расскажу Луке, определенно будет моим смертным приговором, — я повесил трубку и направился в спальню, где Джулия собирала наши вещи. Ее глаза были полны страха, когда она встретилась со мной взглядом.

— Киара жива, но ее мать умерла.

Джулия прикрыла рот ладонью.

— Что с ней будет дальше?

— У Луки все еще есть несколько родственников, которых он мог бы попросить взять девочку к себе, — я забрал у нее сумки. — Давай. Мне действительно нужно возвращаться.

Она медленно кивнула, все еще выглядя немного ошеломленной. Я подошел к ней и взял ее за щеку.

— Все будет хорошо.