Мои глаза впились в нее, и на мгновение я подумал, не сказать ли Мии, что они все-таки могут подождать. Джулия была невероятно красива, и мысль снова зарыться в ее тугую киску была слишком соблазнительной, но кровавое пятно на простынях напомнило мне, почему этого не произойдет.

Через пятнадцать минут Джулия приняла душ и оделась, а я направился в ванную. Она выбрала одно из платьев, которое я послал ее родителям. Элегантное красное платье с длинными рукавами, доходящее до колен, и облегавшее стройное тело Джулии. Это все еще не делало ее похожей на мою ровесницу, но, по крайней мере, она не была похожа на подростка, которым она являлась.

— Мне скрыть опухшие глаза косметикой или ты хочешь, чтобы люди знали, что я плакала?

Я остановился, одной ногой стоя в душе. Повернувшись к жене, застывшей в дверях спальни, я нахмурился.

— Я не хотел, чтобы ты плакала. Почему я хочу, чтобы люди знали, что ты плакала?

Она слегка пожала плечами, изучая мое лицо.

— Подумала, может, ты хочешь, чтобы люди думали, что ты причинил мне столько боли, что я расплакалась.

Я обдумал это. Люди внизу сделают неверные выводы и будут бояться меня за это. Это было не очень добропорядочно, но люди внизу были не очень приличными, и я тоже.

— Меня и так боятся… и не без причины. Не хочу, чтобы мои сестры донимали меня, как они, несомненно, будут, если увидят, что ты плакала, так что скрой это косметикой.

Она еще мгновение смотрела на меня, и я не мог понять почему. Это действовало на нервы.

— Хорошо. Не хочу мешать тебе принимать душ. Я знаю, как ты сегодня занят.

В ее голосе прозвучало неодобрение. Она никак не отреагировала, когда я сказал ей, что собираюсь провести день на деловых встречах, пока мы не отправимся в мой особняк и к детям ближе к вечеру.

— Я много работаю, Джулия, и не стану тебе ничего объяснять. Как женщина, твоя единственная работа растить моих детей, но я не могу позволить себе такую роскошь. В ее глазах вспыхнул гнев, но она повернулась и ушла.

Я не был в настроении рассматривать ее подростковые выходки. Ей лучше поскорее от них избавиться.

Когда через пятнадцать минут я вышел полностью одетый в другой темный костюм-тройку, Джулия сидела на диване в гостиной нашего номера и печатала на своем телефоне. Она мягко улыбалась. Я подошел к ней.

— С кем ты переписываешься?

Она вскинула голову, сдвинув брови.

— Прошу прощения?

— С кем ты переписываешься?

Тревога отразилась на ее лице, но мне было все равно, беспокоит ли ее то, что я возвышаюсь над ней.

— С кем? — прорычал я.

— С твоей сестрой Мией.

Я взял телефон, и Джулия отпустила его без возражений.

Мия: Извиняюсь за грубость моего брата, так как знаю, что он никогда не извиняется. Я бы сказала, что это потому, что он мужчина, но его тупость не имеет ничего общего с Y-хромосомой.

Джулия встала.

— Я сказала тебе правду.

Я взглянул на предыдущие сообщения, чтобы узнать, что Джулия ответила моей сестре, но она только написала, что ей все еще нужно привыкнуть ко мне после того, как Мия спросила, все ли с ней в порядке. Джулия покачала головой и вздохнула.

— Доверие — основа брака.

— Откуда тебе знать? — она действительно пыталась рассказать мне что-то об отношениях? — Думаю, я знаю больше о том, как устроен брак, чем ты, девочка.

На ее лице промелькнула обида.

— Интересно, согласилась бы Гайя? — она плотно сжала губы, ее глаза расширились. Ярость прорвалась сквозь меня в тот же момент, когда раздался стук. Подавив гнев, я направился к двери, радуясь расстоянию, которое установилось между мной и Джулией. Я распахнул дверь, чувствуя, как бьется в висках пульс.

Заметив меня, улыбка Мии погасла. Ее взгляд метнулся к чему-то позади меня.

— Все в порядке? — прошептала она.

Я широко распахнул дверь. Позади Мии, Илария, мать Джулии, Ария и другие женщины ожидали простыней для церемонии.

— Заходите. Забирайте простыню. У меня нет времени на все утро.

— Грубиян, как всегда, — сказала Илария, проходя мимо меня.

Мия колебалась, и это было к лучшему. Я потянул ее в сторону.

— Я видел, что ты написала моей жене.

Мия фыркнула.

— Ты что, шпионишь за ней?

— Ты не будешь вмешиваться в мой брак, Мия. Я говорю это только один раз. Помни свое место. И самое главное, не говори Джулии о Гайе, поняла?

Она стряхнула мою хватку и кивнула.

— Конечно.

Джулия улыбнулась женщинам, которые сочувственно посмотрели на нее. Я подошел к своей молодой жене, прежде чем одна из женщин, особенно Мия, смогла бы вовлечь ее в любопытный разговор. Джулия легонько коснулась моего предплечья.

— Прости, что упомянула о твоей покойной жене, Кассио. Я не хотела тебя расстраивать.

Меня наполнило удивление. Ее глаза и выражение лица были серьезными.