— Это ничего не значит. Большинству отцов приходится учиться заботиться о ребенке. Это не получается естественным путем. Через несколько недель ты будешь готовить бутылочку с закрытыми глазами.

Я действительно надеялась, что к тому времени его родители уже будут вовлечены в это дело.

— Разве ему не следует в какой-то момент есть твердую пищу? — спросил Невио, лишь мельком взглянув на Баттисту, который все еще с удовольствием посасывал свою бутылочку.

— Ты не можешь кормить его пиццей, если это то, о чем ты думаешь, — сказала я, затем зевнула.

Невио взглянул на часы. Было семь тридцать, и мой урчащий желудок подсказал мне, что Баттиста был не единственным, кому требовалось подкрепиться.

— Я собираюсь заказать для нас пиццу, — сказал Невио. — Но только не Баттисте.

Я просто кивнула, и Карлотта подошла ко мне, тоже не произнося ни слова протеста.

Когда мы сели за обеденный стол, она повернулась к Невио.

— Ты действительно думаешь, что сможешь сохранить это в секрете от всех? Особенно от Массимо и Алессио, которые практически приросли к тебе. В какой-то момент у них возникнут подозрения.

— Если ты не проговоришься Массимо, у нас все будет в порядке. Это не первый раз, когда я уезжаю на несколько часов или на ночь.

Баттиста с интересом наблюдал, как я ем пиццу, несколько раз потянувшись за ней. В конце концов, я опустила его на пол, потому что ему, казалось, не терпелось подвигаться, но, оказавшись там, он просто сел на задницу и с любопытством наблюдал за всем происходящим.

Телефон Невио загорелся от звонка. Массимо. Он сбросил звонок. Через несколько секунд появилось сообщение.

— Что случилось? — спросила я, наполовину надеясь, что они каким-то образом узнали о Баттисте.

— Они вернулись в Лас-Вегас и хотят знать, где я.

— Твое пребывание здесь записано на камеру наблюдения, так что в конце концов кто-нибудь узнает, что ты здесь, — напомнила я ему, хотя была уверена, что он принял это во внимание. Если бы Невио часто навещал нас в ближайшие несколько недель, папа обязательно спросил бы почему. Он сделал бы неправильные выводы.

Невио пожал плечами.

— Они определенно не подумают, что я здесь из-за того, что у меня есть сын.

— Потому что это безумие, — сказала Карлотта.

Телефон Невио снова запищал. Он закатил глаза.

— Они не могут жить без меня.

— Что ж, им придется смириться с тем, что теперь у тебя больше обязанностей, чем у них, — сказала я.

Баттиста снова начал ерзать и тереть глаза.

— Я думаю, ему нужно лечь спать, — сказала я.

Невио поднялся на ноги.

— Я предоставляю тебе разобраться с этим. Лучше мне пойти к Алессио и Массимо, пока они не начали искать меня здесь.

— Ты не собираешься помочь мне уложить его в постель? — многозначительно спросила я.

— Сомневаюсь, что он этого хочет. Он все еще смотрит на меня так, словно я собираюсь его съесть.

Баттиста действительно настороженно наблюдал за Невио.

— Большинство детей опасаются незнакомых мужчин. Если ты будешь проводить с ним больше времени, это изменится.

Невио остался, но он выглядел более смущенным, чем я когда-либо видела его. К сожалению, Баттиста доказал свою точку зрения и продолжал бодрствовать, устало поглядывая на Невио. В конце концов, я сказала Невио уйти, и он сделал это без колебаний.

Баттиста заснул вскоре после его ухода. Я побыла рядом с ним еще несколько минут, прежде чем выйти из комнаты. С Романом иногда требовалось больше часа, чтобы заставить его заснуть, но Баттиста, очевидно, привык засыпать в одиночестве.

К моему удивлению, Невио все еще стоял перед дверью. Я подумала, что он уже уехал на встречу с Алессио и Массимо. Однако я не была удивлена, что он не вернулся на кухню, чтобы провести время с Карлоттой. Сегодня ее переносимость Невио была на очень низком уровне.

Он просто прислонился к стене, его лицо было наклонено вперед, темные пряди падали ему на глаза. Я часто задавалась вопросом, каково было бы провести по ним пальцами, притянуть его к себе и почувствовать, как его собственные пальцы перебирают мои волосы. Я замерла, все еще держа руку на дверной ручке, но теперь это зрелище напомнило мне о той ночи, когда все изменилось. Мой живот сжался, как всегда, когда я думала об этом, но эмоции были уже не такими острыми, как раньше. Может быть, это был знак.

— Он спит, — сказала я тихим голосом.

Невио поднял голову, его глаза сузились, когда он посмотрел на меня. Он медленно кивнул, все с тем же растерянным и задумчивым выражением лица. Невио оттолкнулся от стены и подошел ко мне. Я затаила дыхание, сама не зная почему.

Невио остановился передо мной, провел рукой по волосам, затем сжал темные пряди. Его лицо исказилось от противоречивых эмоций.