— Сначала мне нужно поговорить с твоей матерью, но у меня такое чувство, что ты уже это сделала, и вы двое собираетесь напасть на меня.

Я сделала невинное лицо.

— Ты знаешь, мама действительно хорошо видит плюсы и минусы ситуации. Она бы никогда просто так не встала на мою сторону, если бы это не было действительно лучшим вариантом.

Папа усмехнулся и взъерошил мне волосы, как будто я была маленьким ребенком.

— Верно. Я не буду принимать решение, пока не поговорю с Лукой, а затем с Римо. Твое нахождение в Нью-Йорке представляет потенциальный риск для безопасности, который необходимо обсудить с Капо.

— Там его собственная дочь. Если она в безопасности, сомневаюсь, что он сочтет ситуацию слишком рискованной для меня.

Я могла бы сказать, что папа, похоже, думал о том же, и ему это не очень нравилось.

Невио

Я уставился на повязку вокруг своего запястья. Сломанная кость ограничивала диапазон моих движений и напоминала мне о моей стычке с Рори. Не то, чтобы я в ней нуждался.

С момента нашего вчерашнего разговора мои мысли вертелись только вокруг нее.

От ее рассказа о том, что произошло между нами на вечеринке, у меня остался неприятный привкус во рту. Я действительно пытался держаться от нее подальше в прошлом году. Конечно, все должно было закончиться именно так. Я потерял контроль и облажался хуже, чем ожидал.

Я не был уверен, что чувствую по поводу случившегося. Было ли чувство стеснения в моей груди чувством вины? Я не был достаточно знаком с эмоциями, чтобы быть уверенным на сто процентов. Что я определенно чувствовал, так это сожаление. Хотя и не совсем так, как должен был чувствовать. Я сожалел о том, что ничего не могу вспомнить. Учитывая мой жалкий трах, возможно, это было к лучшему, но я не мог не желать повторения, которое запомнилось бы мне и послужило бы для нее лучшим первым разом, чем дерьмовая пародия на вечеринке.

Черт, эти мысли были нехорошими. Во всех смыслах. Дьявол сидел у меня на плече, подкидывая идеи, которые мне не следовало принимать во внимание. Аврора хотела уединения, и я должен был дать ей это. Но отпустить ее в Нью-Йорк? Не думаю, что когда-нибудь смогу смириться с этим.

Дверь в бывшую балетную студию распахнулась настежь. Вошел папа в сопровождении Нино с таким видом, словно я был предателем, с которым ему приходилось иметь дело.

Нино, прищурившись, посмотрел на меня, закрывая дверь.

Я откинулся на спинку стула, который занимал почти час, обдумывая свой следующий шаг.

— Что случилось? — спросил я.

Папа придвинул ко мне стул.

— Фаби сообщил мне, что Аврора попросила разрешения провести лето в Нью-Йорке, возможно, даже дольше. Интуиция подсказывает мне, что это как-то связано с тобой. Скажи, что я ошибаюсь.

Я подавил поток эмоций, который вызвали во мне его слова. Папа внимательно наблюдал за мной, в его глазах бурлила ярость. Я думал, что упоминание Авроры о Нью-Йорке было пустой угрозой, чтобы привлечь мое внимание, но, видимо, я ошибался.

— Ты слышал хоть одно гребаное слово, которое я только что сказал? Скажи мне, что я ошибаюсь, и это не имеет к тебе никакого отношения.

— Почему сразу я?

— Потому что у Алессио и Массимо хватает мозгов не связываться с дочерью Фаби.

Я чуть было не упомянул об интересе Массимо к Карлотте, но вместо этого стиснул зубы. Я просто ответил папе пристальным взглядом. Что бы я ни сказал, это только ухудшило бы ситуацию, а она и так была чертовски плохой.

Папа схватил меня за рубашку и рывком притянул к себе, отчего моя перевязанная рука ударилась о подлокотник. Я зашипел сквозь зубы.

Нино прочистил горло.

— У него сломана локтевая кость.

— Он может вынести боль, — сказал папа. Он был зол, по-настоящему зол, и я сомневался, что он действительно понимал, что произошло, иначе сломал бы мне запястье, а заодно и все пальцы.

Я ухмыльнулся.

— Я получаю от этого удовольствие, как и ты, папа.

— Осторожнее.

— Аврора сломала тебе кость? — Нино спросил спокойно, как будто ситуация не была готова взорваться прямо перед носом. Учитывая, насколько злы были Алессио и Массимо, я был удивлен, что они не побежали к своему отцу и не донесли на меня.

— Ты думаешь, она смогла бы?

— Если ты имеешь в виду психику, то большинство людей способны на насилие, если им дать правильный стимул, а ты очень искусен в том, чтобы доводить людей до грани. С физической точки зрения у нее, очевидно, не было бы шансов против тебя, но в подходящей ситуации Киара могла бы ранить меня.

Мне не понравилось сравнение. Ему не хватало сопоставимой основы, что было совсем не в стиле Нино.

— Ты скорее умрешь, чем причинишь вред Киаре.

Нино указал на мою повязку.