Я сделала еще один, чуть более глубокий вдох и снова почувствовала запах пота и алкоголя. Я с сомнением посмотрела на Невио.

Я заметила Карлотту в кабинке с Диего. Антония тоже была за их столиком, но по ее напряженному выражению лица было видно, что она готова вернуться к работе за стойкой. Она славилась своими коктейлями, так что она определенно была нужна там.

Карлотта заметила меня, ее взгляд метался между мной и Невио, потом на его руку, прежде чем она махнула мне рукой в их сторону.

— Вам нужно переодеться? — спросила я парней.

— Пока нет, — сказал Невио. Мы все направились к Диего и Карлотте. Десятки взглядов следили за нами, и я видела, что многие из них задержались на Невио и мне. Слухи определенно распространятся в ближайшее время. Как раз то, что мне было нужно, чтобы отвязаться от папы.

— Ты понимаешь, что люди подумают, будто ты заявляешь свои права на Аврору, верно? — сказала Карлотта, как только мы с ребятами подошли к столу.

Я шокировано посмотрела на нее. Обычно она была таким спокойным человеком, но Невио действительно пробудил в ней тигрицу.

Невио оскалил зубы.

— Пусть они делают любые выводы, какие хотят. Это не моя проблема.

— Но это проблема Авроры. Если парни будут думать, что она твоя, никто не подойдет к ее родителям просить ее руки.

Невио рассмеялся.

— Как насчет того, чтобы побеспокоиться о своем собственном статусе неприкасаемости, потому что он укрепляется, — он посмотрел на Массимо, который смотрел на Карлотту взглядом, который все вокруг приняли бы как собственнический.

Карлотта покраснела, взглянув на своего брата Диего, который слушал все с величайшим интересом.

— Чтобы я не слышал ни про какие статусы неприкасаемости, понятно? — он зарычал на парней, затем быстро улыбнулся мне, прежде чем одарить парней еще одним суровым взглядом. — Мне надо поговорить с несколькими людьми. Полагаю, вы будете поблизости до начала ваших боев.

— Конечно, — сказал Невио, притягивая меня ближе к себе. Я знала, что это был дружеский жест, но под всеобщим вниманием я все равно покраснела, как будто он поцеловал меня. Диего ничего не сказал, только ушел, покачав головой. Было приятно вот так прижиматься к мускулистому телу Невио. Я коснулась затылком его груди, и его пальцы были горячими на обнаженной коже моего плеча.

Мы все проскользнули в кабинку и заказали напитки, но меня отвлек свисток рефери, объявивший о начале первого боя. Я наблюдала с приоткрытыми губами, как оба противника набросились друг на друга, как сумасшедшие быки, и начали колотить друг друга кулаками. Кровь хлынула изо рта человека слева, но это не остановило его, даже когда он сплюнул что-то на землю.

— Это был его передний зуб, — кивнул Невио. Мои губы скривились от отвращения.

— Неплохо, — добавил Алессио.

Карлотта бросила на меня слегка тошнотворный взгляд. Я неуверенно улыбнулась ей. Хуже, чем вид крови и жестокости, были звуки ударов кулаком или ногой по другому человеку. Первый бой закончился через пятнадцать минут. Покрытый кровью и потом победитель улыбнулся толпе своей беззубой улыбкой. Его противнику понадобилась поддержка друга, чтобы выбраться из клетки. Он покачал головой медсестре, которая предложила осмотреть его. Каморра наняла нескольких врачей и медсестер для участия в боях, а также для мужчин, получивших ранения при исполнении заданий.

— Бой не должен заканчиваться до того, как один из бойцов не поляжет, — пробормотал Невио, с отвращением скривив рот.

— Если бы каждый бой заканчивался смертельным исходом или серьезными травмами, Антония больше не находила бы бойцов для боев, — сказала я. Папа упоминал, как трудно было найти людей, согласившихся драться с Невио.

— Ты недооцениваешь количество отчаявшихся душ, — сказал Алессио.

Может быть. Я вспомнила, какой была бабушка в плохие дни, когда ей требовалось больше уколов, чем выдавал ей папа, когда отчаяние выплескивалось из каждой ее поры. Она, вероятно, тоже вошла бы в клетку, если бы это сулило облегчение.

Два часа спустя настала очередь Невио. Он не потрудился зайти в раздевалку. Он просто встал и снял свою футболку через голову прямо рядом со мной. Мои глаза выполнили свою обычную процедуру осмотра его пресса, грудных мышц, бицепсов, и, конечно, у меня внутри потеплело при виде этого.

Я никогда не обращала особого внимания на татуировку у него на спине. Конечно, не смотреть на нее было невозможно: гротескная улыбка Джокера (только рот, а не все лицо), надпись «Почему такой серьезный?» размытыми красными буквами, за которыми следует длинная строка зачеркнутых ХАХАХАХА. Я была совершенно уверена, что, когда в последний раз видела Невио без футболки, зачеркнутых «хахаха» было меньше. Алессио наклонился ко мне.

— Это его список.

Я поджала губы.