Но это еще одна вещь, которую я усвоил. Самые простые решения часто оказываются самыми умными, например, прятаться на виду.

Пока я жду звонка ЭрДжея, мой взгляд устремляется к зубчатому горизонту Нью-Йорка. Что-то шевелится внутри меня. Что-то, чего я не могу объяснить. С таким же успехом эти яркие огни могли бы произносить мое имя. Однажды я буду править всем Восточным побережьем. Не только Нью-Джерси. Я возьму и Нью-Йорк, и Каррера будут править всем этим.

При этой мысли мое дыхание становится горячим и тяжелым, поднимаясь передо мной, как облако дыма. Пистолет, заткнутый за пояс моих джинсов, кажется еще тяжелее, прижатый к пояснице. Я хочу держать его в руке. Я хочу почувствовать рукоятку. Обхватить пальцем спусковой крючок.… Знать силу, решать чью-то судьбу.

Как только я тянусь за ним, у меня звонит телефон.

-Ну?-спросил я

- Определенно украдено, - подтверждает он.

Я провожу ледяной рукой по волосам. - Черт возьми.

Как только я увидел тот темный седан, припаркованный дальше по улице, мои подозрения улетучились, как бутылочная ракета. Как только у меня был номерной знак, я отправила сообщение ЭрДжея.

Мой двоюродный брат живет ради этого дерьма. Если вы хотите, чтобы базу данных взломали или запись вскрыли, ЭрДжей - ваш парень. В четырнадцать лет ребенок уже представляет угрозу для общества. Еще через несколько лет он станет национальной угрозой.

Копы - последнее, что нам нужно. - Об этом сообщили?

- Около двадцати минут назад. Что дает тебе около сорока, прежде чем твой тихий маленький пригород превратится в вечеринку команды спецназа.

- Я перезвоню тебе. Закончив разговор, я набираю короткое сообщение своему отцу.

Неожиданное шоу голубых огней через сорок минут.

Нажимая "Отправить", я засовываю телефон в задний карман.

Утрамбованный снег хрустит у меня под ногами, когда я защищаюсь от пронизывающего ветра, не сводя пристального взгляда с темного седана.

Блядь, украли.

Кража означает, что скоро все станет по-настоящему запутанным.

Поднося ладони ко рту, я делаю несколько глубоких вдохов, пытаясь вернуть ощущение в пальцах. Не могу нажать на спусковой крючок, если у меня онемела рука.

Кто бы ни был внутри этой машины, он здесь не для того, чтобы замаливать свои грехи. Он здесь, чтобы танцевать с двумя дьяволами. Но пока они не сделают первый шаг, все, что я могу делать, это наблюдать и ждать, в чем и заключается история моей жизни.

Ты не готов, Санти...

Смотри и учись, Санти...

Подожди, пока тебе не исполнится восемнадцать, Санти...

Ладно, к черту это. Я больше не маленький ребенок, и я устал ждать.

Я в отчаянии пинаю груды снега. Теперь, когда мне дали шанс проявить себя, меня перевели в - фалькон —гребаный сторожевой пес...

Dios mio, я Санти Каррера — сын вора в законе. Я не должен прятаться, вынужденный вести наблюдение, как солдат низкого ранга. Мое место внутри, там, где происходит действие. Я сижу рядом со своим отцом, Валентином Каррерой. Смотрю в черные глаза нашего врага, Данте Сантьяго.

Снег продолжает падать. Как будто Мать-природа пытается противостоять темноте, сочащейся из церкви. Это может похоронить нас по шею, и это все равно не будет иметь значения. Свет никогда не побеждает тьму.

Внутри приглушенная череда жарких испанских боев за господство.

Я смотрю на часы.

Одиннадцать минут.

Я удивлен, что они продержались так долго. Мой отец и Сантьяго не были вместе в одной комнате — черт возьми, в одной стране — уже одиннадцать лет.

Со времен La Boda Roja - нет.

Предоставьте Джанни Маркези, главе Синдиката Нью-Джерси, выступить посредником во встрече Дьявола и Жнеца. Когда твоя семья имеет дело не по ту сторону закона, даже тринадцатилетний ребенок знает, что эгоизм и обида отходят на второй план, когда дело доходит до управления по борьбе с наркотиками. Наручники и тюремные решетки не допускают дискриминации, и федералы приходят не за одним — они приходят за всеми.

Вот почему они все внутри, а я здесь отмораживаю себе яйца.

Сантьяго и мой отец предпочли бы провести остаток своих жизней за решеткой, чем снова объединиться, но оба мужчины сделают все, чтобы защитить свои семьи. Даже если для этого придется находиться в одной комнате.

Насколько я понял, агент подставил пару портовых рабочих по обе стороны реки, поставив под удар задницы не только Сантьяго и моего отца, но и Джанни. Босс итальянской мафии - это тот, кто одиннадцать лет назад проложил путь картелю Каррера в Нью-Джерси. Оказывать услугу такому человеку, как мой отец, никогда не бывает разумным — компромисс никогда не бывает справедливым.