Она отворачивается и снова засыпает, а вот я лежу с широко распахнутыми глазами.

Мой желудок скручивает от неопределенности.

Лесли права. Томас — мой преподаватель. Неправильно влюбляться в мужчину, вроде него? Чувства заведомо обречены?

Я вздыхаю и закрываю глаза.

Есть только один способ выяснить.

* * *

Томас

В ту же ночь

Я лежу в постели, широко раскрыв глаза и не в силах уснуть.

Мысли о Хейли продолжают заполнять мою голову.

О веселом времяпрепровождении вместе, о моем возбуждении, причиной которого становится она.

Улыбаюсь сам себе, задаваясь вопросом, что она наденет завтра.

Смогу ли я заставить ее покраснеть всего парой слов.

Цвет ее щек влечет меня.

Но в первую очередь эта девушка становится моим способом сбежать.

Пофантазировать и помечтать о чем-то развратном и приятном… вместо того, чтобы утопать в собственных страданиях.

С неохотой закрываю глаза, надеясь на скорый сон, чтобы мне не пришлось бодрствовать всю ночь, как это частенько происходит. Надеясь на то, что как только получится уснуть, я просплю спокойно.

Но я знаю, что сам себя кормлю этой ложью.

Сегодняшняя ночь ничем не отличается.

В моих снах уже утро, и я больше не в своей квартире. Я в месте, которое называл домом. В месте, которого больше нет, оно осталось лишь в моих воспоминаниях.

Солнце ярко светит, бросая теплый свет на мою кожу, пока я выбираюсь из постели. Иду в гостиную, где меня приветствует запах булочек, выпеченных в духовке… или скорее, сожженных.

Хмурюсь, проверяю духовку. Черный дым заполняет комнату, когда я открываю дверцу и вынимаю противень со сгоревшей сдобой, полностью покрывшейся коркой и непригодной к употреблению. Бросаю все в раковину и остужаю противень, пока дым полностью не исчезает, затем открываю окно, чтобы проветрить комнату.

Странно.

Зачем ей ставить что-либо в духовку и уходить?

Зову ее по имени, но мне не отвечают.

Проверяю другие комнаты, но ее нигде нет.

Пока я не иду в ванную.

Дверь заперта.

Я стучусь. Трижды. Ответ не следует. Снова зову ее по имени. Мне никто не отвечает, хотя я знаю, что она там.

Паника заставляет меня впечатываться плечом в дверь снова и снова, пока дерево не трещит, а мои мышцы не охватывает боль. Когда замок ломается, я со стуком распахиваю дверь и врываюсь внутрь.

Только, чтобы найти ее в ванной.

С головой под водой.

Ее тело белое и холодное, словно снег.

Хватаю ее и вытягиваю на поверхность, прижимая к себе в объятьях. Моя одежда промокает, но это не имеет значения, потому что все, о чем я способен думать, это как заставить ее дышать.

Накладываю ладони одна на другую и вжимаю в ее грудную клетку, повторяя движения искусственного массажа сердца, пока она не откашливает воду. Жидкость выплескивается из ее рта. Я выдыхаю с облегчением и помогаю ей откашлять остальное, удерживая голову так, чтобы она снова не проглотила воду.

У меня появляются слезы, пока я смотрю на нее.

Ее глаза — водянистые. Пустые. И первое, что появляется в них, — не жизнь, а чувство вины.

Она поднимает руку к моему лицу, и я льну к ее ладони. Качая ее в руках, шмыгаю носом и позволяю слезам скатываться. Она жива. Она здесь.

Пока что.

На данный момент.

Вот как все всегда происходит.

Как мои сны превращаются в ночные кошмары и подрывают меня посреди ночи, до нитки промокшего от пота.

Но в этот раз я не позволяю себе проснуться.

Мне не хочется, чтобы сон заканчивался

Я просто сижу там в своем сне и отпускаю все.

Как это сделала она.

* * *

Несколько дней спустя

Весь день я игнорирую свои кошмары. Отталкиваю их в самый дальний угол разума, потому что не хочу допускать их в свои мысли. Только так я могу оставаться в здравом рассудке.

Но вот, о чем я хочу думать, это… Хейли.

Каждый раз, когда я вижу ее в классе, не в силах оторвать от нее взгляд.

Или увести от нее свои долбаные пошлые мысли.

Представляю ее голой в постели, в моих объятьях под душем, как трахаю ее всеми возможными способами, показываю девушке все прелести жизни. Секс. Много секса. Я не в силах насытиться.

Думаю, Хейли тоже это заметила. Она продолжает задорно улыбаться мне, и я не могу сдержать ответную улыбку, пока мы разделяем общую шутку. Такое всегда случается после того, как я ее трахну. Словно она знает, что мне ее мало.