— Тебя сопровождало одно из самых злобных существ на земле. Сколько вампиров тебе действительно нужно, чтобы защитить себя? — Его взгляд метнулся к застывшей ведьме. — Анир?

Заместитель Гнева позволил медленной, противной улыбке расплыться по его лицу в ответ на призыв короля. Демон кивнул, указывая на то, что пришло время раскрыть то, что они ранее обсуждали. Как бывший солдат, Анир, вероятно, ждал этого момента, надеясь, что так оно и будет.

Мужчина поклонился и вышел из комнаты, шлепая подошвами своих прекрасных ботинок по мрамору. Мой муж снова обратил внимание на вампира.

— Последний шанс, Блэйд. Скажи мне истинную цель своего визита, и ты уйдешь невредимым. Соври, и ты будешь страдать за это.

Неповиновение упало на вампира, как королевская мантия.

— Я говорил вам. Я здесь, чтобы заключить с вами союз ради моего принца. В отличие от богини смерти, мы не хотим разрывать это царство на части.

— Очень хорошо.

Тон Гнева был обманчиво спокойным и четким. Не более угрожающе, чем несколько снежинок, лениво падающих с неба в безоблачный день. Я поняла, что это значит, и содрогнулась. Это не было умиротворяющее спокойствие, указывающее на покой или безмятежность; это было заряженное спокойствие, от которого волосы на моих руках вставали дыбом. Хладнокровие Гнева должно было вызвать у его противника ложное чувство безопасности по мере приближения истинной угрозы.

Теперь мы были в эпицентре бури, балансируя на краю того, что обещало стать худшим из того, что грядет. И вампир понятия не имел, что он вызвал лавину, которая вскоре похоронит его.

Через несколько мгновений двойные двери распахнулись, и Анир вошел, держа впереди заключенного в цепях. Охранники окружили молодую блондинку с мечами наготове.

Мои черты оставались бесстрастными, пока они приближались к возвышению, но я наблюдала за Блэйдом краем глаза. Он вздрогнул, как только увидел девушку. Гнев тоже затаил действие; он позволил едва заметной улыбке скривить губы.

— Заключенная, ваше величество. — Анир отошел в сторону и позволил прикованной женщине приблизиться. Прежде чем она улыбнулась достаточно широко, чтобы показать клыки, ее красные глаза выдали ее за вампира. Несмотря на грубое тканевое платье, которое она носила, надменный наклон ее подбородка указывал на высокопоставленного члена их двора. Она проигнорировала Блэйда и перевела свой прищуренный взгляд на меня. Что-то похожее на тревогу отразилось на ее лице, прежде чем она снова приняла это ленивое выражение.

Гнев не стал утруждать себя представлениями или любезностями.

— Это была одним из вампиров, которых мои силы нашли на территории Дома Гнева. Ты уверен, что тебе нечего мне сейчас рассказать, Блэйд? — Вампир стиснув зубы, медленно покачал головой. Гнев посмотрел на пленника смертоносным огнем в глазах. — Наденьте.

Анир поднял странное ожерелье. Каплевидный рубин размером с яйцо малиновки свисал с золотой цепочки, которая, казалось, была соткана из какого — то органического материала. Не комфортное чувство заставило меня откинуться на спинку трона, не желая приближаться к какой-либо магии, испускаемой чарами.

— Нет. — Женщина была либо бесстрашной, либо глупой. Или, возможно, она знала, что дома ее ждет худшая участь, если она предаст своего принца.

Блейд оставался стойким, когда охранники схватили ее, заставив встать на колени. Анир накинул ожерелье ей на голову и быстро отступил. Появилась мерцающая, почти прозрачная пелена, окутывающая все ее тело. Она растаяла на ее коже, и я с ужасом наблюдала, как ее волосы из золотисто-пшеничных стали темно-каштановыми. Ее бледная кожа стала бронзовой, а черты лица медленно приобрели знакомую сердцевидную форму. Я встала, качая головой.

— Как это возможно?

Вампирша посмотрела на меня, ее глаза вспыхнули от тепло-карих до розово-золотых. Лицо, смотревшее на меня, было моим собственным. Идеальная копия.

По моему телу побежали мурашки. Это было как смотреться в зеркало. Не фамильярно или утешительно, как с близнецом, а навязчиво, иностранно, что заставляло меня чувствовать себя уязвимой. Каждая деталь из моей новейшей брачной татуировки SEMPER TVVS, которую Гнев разделял со мной, также была на вампире.

Я прижала руку к груди, и она повторила движение. Это было жутко, когда кто-то имитировал твои действия менее чем через секунду после того, как ты пошевелился. Мой взгляд остановился на очаровании, и я внезапно поняла, что это за органический материал: мои волосы.

Каким-то образом она получила замок и применила темную магию. Это было то, о чем Нонна Мария всегда предупреждала нас и почему она настояла, чтобы мы сожгли наши ногти и обрезки волос. Я думала, что она слишком осторожна и суеверна. И все же она была права. Враг использовал их против меня. Если Нонна нас боялась, то зачем нас защищать?