Он осторожно поставил меня на ноги и зашагал к двери, его ярость вырвалась наружу. Я спрятал ухмылку. Наш план прекрасно сработал. Грех Гнева разрушил одну из игровых комнат Жадности, и мы получили информацию о Весте. В общем, это был бешеный успех. Хотя бедный герцог утверждал бы обратное.

— Что ж? — Я спросил. — Как ты думаешь, это была правдоподобная сцена?

Так и должно было быть — от этого зависела жизнь Виттории.

Гнев медленно отвернулся от того места, где он заколдовал комнату, чтобы скрыть наши голоса, его внимание сосредоточилось на мне. Он и в самом деле был похож на дикое животное, у которого только что оборвался поводок, и оно искало новую клетку. Мое сердцебиение участилось, и не от страха. Я хотела спровоцировать его на действие. И он определенно выглядел заряженным и готовым к этому. Его возбуждение напряглось в брюках, а то, как он смотрел на меня, как будто часами подряд выжимая удовольствие из моего тела, заставило меня снова и снова страдать от него.

— Вам понравилось представление, ваше величество? — Удерживая его взгляд, я повернулась на месте, убедившись, что жемчужные нити заскользили по моей спине. — Ты мог бы хотя бы дать бедному герцогу договорить. Дворянство за столом наслаждалось его выступлением.

— Эмилия. Это звучало не столько как предупреждение, сколько как просьба. Еще шаг, и он падет так же, как и я.

— Была ли я достаточно грешной, чтобы обмануть принца ада? — Я провела руками по своему едва приподнятому топу, позволив одной лямке упасть. — Еще лучше… была ли я достаточно испорчена, чтобы соблазнить дьявола?

Гнев проклял богов, о которых я никогда не слышала, когда подошла ближе. Он смотрел так, как будто был в шаге от удара. Я практически почувствовала, как между нами вспыхнуло напряжение, и наклонилась к нему.

Гнев сделал небольшой шаг ко мне, его взгляд остановился на моем. Охотник вышел поиграть.

— Скажи мне, что ты хочешь этого.

Мое внимание пробежало по нему, медленно и основательно. Я не забыла, что гнев действовал на него как афродизиак. Не забыла, что это заставляло меня чувствовать.

— Прямо сейчас я хочу демона, а не принца. Покажи мне, почему они называют тебя Злым. — Я схватила его за рубашку и притянула к себе, мои губы нависли над его губами. — И не смей сдерживаться.

Гнев прижал меня к стене прежде, чем я сделала новый вдох. Его пальцы перебирали нити моего топа, его горячее дыхание было на моей шее, когда он грубо прижимался ко мне бедрами.

— Если ты передумаешь…

Я повернулась и наградила его яростным поцелуем.

— Остановись хотя бы на секунду, и я обещаю проверить твою любовь к играм с ножами, демон.

Улыбка Гнева означала неподчинение. Он нежно гладил мою грудь поверх топа, пока она не потяжелела и мне не захотелось большего.

— Этот топ. — Его пальцы обвились вокруг нити, его горячая кожа почти касалась моей. Я никогда не ненавидела предмет одежды больше. — Нужно избавиться от него.

Хватка принца на нитке усилилась, а когда он дернул за нее, жемчуг рассыпался по полу, уничтожая мою блузку. Его взгляд задерживался на моих глазах, губах, на всем теле, пока он не дошел до пола и не поднял его назад. Я любила, когда он смотрел на меня так. Будто бы я была началом и концов всех его фантазий. Он, определенно, был таковым для меня.

— Ты абсолютно разрушителен. — Он наклонил голову, целуя мою шею, опускаясь ниже, до тех пор, пока не дошел до моей груди и взял одну из них в рот, его зубы слегка царапали. Я опять уперлась в стену, мои ладони прошлись по его сильным рукам, притягивая его ближе пока он проходился языком по чувствительной вершине.

— Гнев. —   Я извивалась рядом с ним, не в силах выдержать его медленно, искусное движение языка. Мое тело было влажным и готовым. — Я хочу тебя. Так плохо, что я не могу ясно мыслить.

Он начал целовать вторую грудь, тихо посмеиваясь, когда я взяла его за волосы и притянула ближе.

— Когда я увидел тебя на коленях этого идиота, промокшую и почти кончающую, я хотел взять тебя прямо там. На глазах у всего гребанного двора.

То, как он рычал, низко и грубо, и его совсем не королевские слова зажгли мою кровь. Я снова прижалась к нему, желая ощутить его, а потом поднялась на цыпочки и прошептала:

— Я бы позволила тебе.

Губы Гнева прижались к моим, поцелуй не был нежным или сладким. Он был животным и диким. Требования и битва за господство. Сегодня мы завершим физическую часть наших брачных уз, и Гневу определенно не нужна покорная королева. Он хочет равную. Так же, как и я.

Я прервала наш поцелуй, а затем прошлась языком по его горлу, довольная, когда он произнес пару проклятий и снова прижался своими бедрами к моим, его возбуждение было словно гранит. Он поцеловал меня в шею, посасывая до тех пор, пока я не застонала.

Он отпрянул и заправил выбившуюся прядь мне за ухо, убеждаясь, что я все еще здесь.