— У меня отдельная комната. — В катакомбах, где у меня меньше шансов накинуться на тебя, пока ты спишь. Вид её рук, привязанных к его изголовью, капельки пота на её пояснице, то, как он схватил её за волосы и входил в неё сзади, вызвал дрожь. — Я буду спать там.

— Отдельная комната, хозяин? — Анна быстро развернулась назад, увидев поднятую бровь Гевина.

Его взгляд снова обратился к Сабель.

— Так гораздо безопаснее. — Его глаз дёрнулся при последней воображаемой сцены того, как он укусил её шею, пока входил в неё. — Для вас.

— Хорошо.

Он глубоко вздохнул и почесал большим пальцем лоб, мысленно отгоняя буйные мысли в голове. Любое из них могло бы побудить его зверя совершить что-нибудь ужасное, например, трахнуть Сабель прямо здесь, в холле.

— Анна, ты могла бы устроить их и приготовить еду. Я уверен, что дети хотят что-нибудь поесть.

Глаза Анны загорелись радостью.

— Конечно же, хозяин!

— Добро пожаловать в любую комнату дома. Они все в вашем распоряжении. Я только прошу вас держаться подальше от одного. Катакомб. Возможно, также стоит избегать комнат Логана.

— Что за ката… ката… комб? — Томас вопросительно наклонил голову.

— Это что-то вроде подвала. И там внизу есть люди, которые… ну, я не хочу, чтобы они вас напугали, если вы случайно забредёте туда. — Он взглянул на Сабель. — Там спит мой охранник Ксандр. Падший ангел.

— Ты нанял падшего для охраны? Разве это не… оксюморон? — Ее брови сдвинулись. — Разве здесь не живут женщины?

— Некоторое время назад Ксандр был очень опытным стражем. Исключительный охранник. Как ни странно, у него есть определенное, если не сказать слегка извращённое, уважение к женщинам. Либо он уважает то, что я или любой из моих братьев сделал бы с ним, если бы он поднял руку на одну из них. — Он улыбнулся. — Если ты меня извинишь, я хотел бы проверить Зика.

— Да, без проблем.

***

Сабель ответила лёгкой улыбкой и позволила Анне повести её к огромной лестнице, по которой она уже однажды поднималась. Единственное отличие от прошлого раза заключалось в том, что она будет спать в кровати большого босса, а не в одной из спален для гостей. Сабель могла только представить, как выглядела комната Гевина.

Наверху лестницы они достигли холла, и Сабель последовала за Анной за угол, где они остановились.

— Здесь будут спать дети. — Анна открыла дверь в цветную яркую комнату с потолком с позолоченной лентой, на котором был нарисован бог, держащий арфу и лук. Аполлон. За его спиной сияло солнце, и на каждой стене были разбрызганы краски, словно музыка и поэзия наполняли воздух.

— Ух ты! — Томас бросился к кровати. — Она большущая!

Сабель рассмеялась. Роскошная кровать поглотила дуэт и, без сомнения, будет такой же мягкой, как облака.

— Дети, будьте осторожны в ванной. — Анна доковыляла до двери ванной и закрыла её. — Никаких игр в этой большой ванне. Это мрамор, и если вы упадёте, вам будет больно.

Интересно. Только другой матери придёт в голову предупредить их о большой ванне.

— Теперь позвольте мне показать вам комнату хозяина, — сказала женщина, повернувшись к Сабель.

Желудок Сабель запорхал бабочками. Почему она нервничала, перед его комнатой?

— Личные вещи хозяина хранятся в шкафу. — Говоря это, она снова поманила Сабель по коридору. — Я принесу для вас женские туалетные принадлежности, мисс. Вам понадобится какая-то конкретная косметика или парфюмерия?

— Косметика? Духи?

— Да, мы можем сбегать в универмаг и взять всё, что необходимо.

— Эм. Нет. Я ничего из этого не использую.

— Очень хорошо. Интересует какой-то конкретный шампунь? Кондиционер? Средства для укладки волос?

— Обычно я покупаю то, что подешевле.

— В таком случае вам понравится то, что хозяева припасли для своих гостей женского пола. — Анна преувеличенно выдохнула и сцепила руки вместе. — Как цитрусовый сад!

— Звучит замечательно. Спасибо. Сабель никогда не была нигде, где кто-то поинтересовался бы её средствами для волос, макияжем и туалетными принадлежностями. В местах, где она жила всю свою жизнь, ей везло, что там вообще была проточная вода.

Анна открыла дверь, прямо по коридору от детей.

Запах бергамота и мускуса мгновенно наполнил нос Сабель, и она вдохнула его.

Гевин.

Боже, она могла лизать воздух, представляя соленый привкус кожи Гевина. Запах самца был не похож ни на что, с чем она когда-либо сталкивалась раньше. Не то чтобы она сталкивалась с чем-то, кроме заплесневелого дерева, пива и жевательного табака, благодаря грязным барам, где она работала официанткой.

Пока её окружал восхитительный запах, Гевин словно стал тортиком, и у неё от него потекли слюнки.