— К сожалению, это стало прибыльным занятием для тех, кто пытается открыть собственный бордель.

Гевин потёр подбородок, обдумывая вопросы, которые не могли бы раскрыть миссию Сабель. Последнее, что ему нужно, это появление его стаи, что даст ему вдвое больше волков, чтобы отбиться.

— Итак, возможно, ты мог бы пролить свет на похищение молодых суккубов. Я вижу связь с использованием молодых волков-ликанов в клеточных боях.

— Да. Каждый вид страдает от жадности, в том числе и мой. Поединки определяют сильнейшего. Им предлагают спариться с суккубами. Только демоницы — особенно суккубы, поскольку их сексуальный аппетит может соперничать с молодыми ликанами — могут выдержать ликанскую беременность. Но есть риск, и не все демоницы переживают беременность.

— Кажется, для получения ребёнка слишком много напряга. — Мэддокс пожал плечами. — Почему бы просто не укусить человеческую женщину и не спариться с ликаном?

— Ликаны пытались размножаться с укушенными человеческими самками, но все взрослые ликаны бесплодны, включая самок. Вот почему мы так редки. В результате рождения от демона и молодого ликана получается чистокровный. — Маррик покачал головой. — Это машина для зарабатывания денег для всех, кто желает наладить свою деятельность. Сами бои привлекают огромное внимание суперов. Сутенёры собирают души от молодых ликанов, когда они спариваются с суккубами, и убивают младенцев, продавая их тому, кто предложит самую высокую цену. Наши конкуренты из Истсайда за последние годы увеличили свою численность в результате подпольного размножения. — Он наклонился вперёд. — Я старший и альфа чистокровных.

— Я понимаю. — Гевин подался вперёд в своём кресле, положив локти на стол. — Итак, их рост численности немного подрывает твои планы по мировому господству.

— Я не стремлюсь к мировому господству. Но я скажу это о своём сопернике: он не разделяет такого же уровня терпимости, как я, к людям… или демонам.

— Он чистокровный? — спросил Гевин.

— Нет. Он полукровка, претендующий на роль альфы.

— Какое это имеет отношение к сангам?

— Многообещающий ликан, создающий армию чистокровных, не обращающий внимания на человеческую или демоническую жизнь и оказавшийся устойчивым к одному опасному элементу, который может уничтожить практически любой вид на планете. Сложи всё это.

— И что, даже полукровки устойчивы к сангам?

— Это ещё предстоит выяснить. Полагаю, именно поэтому Лахлан сейчас строит свою армию. — Маррик потёр подбородок. — Насколько я понимаю, он также начал создавать союзы с оптевилами. Представь себе мир, в котором люди могут быть порабощены безмозглыми кровожадными зверьми. Править будут самые чистые и сильные виды. На горизонте война, Гевин.

— Итак, зачем ты здесь? — Гевин растопырил пальцы, чтобы подчеркнуть вопрос. — Кроме урока истории?

— Я занимаюсь выживанием. В настоящее время разрушение мира находится в состоянии неопределенности. Если люди узнают о появлении бессмертных сангов, начнётся настоящий ад. Они — мост, который соединит нескольких заблудившихся сангов с полным уничтожением мира. А до тех пор у нас всех есть шанс.

— Я понимаю, почему ликаны хотят создать свои стаи ради доминирования. Чего ваши конкурирующие ликаны хотят от вируса сангов?

— Мировое господство, что ещё?

— И всё? — Гевин откинулся на спинку стула. — Чего же хотят чистокровные?

— Того же, что и вы. Мирное сосуществование. — Хотя взгляд Маррика казался пристальным и искренним, Гевин никогда полностью не доверял ликанам.

— Значит, твой соперник хочет манипулировать вирусом сангов, чтобы они выполняли его приказы?

— Если ты контролируешь источник пищи для данного вида — а в данном случае пищей являются люди — ты можешь контролировать весь вид.

— Так зачем же людям нужен вирус сангов?

— Люди ищут лекарство. Если они смогут контролировать вирус, они смогут контролировать демонов. Как ты мог догадаться, демоны хотят, чтобы этого не произошло. В пищевой цепочке вы всё ещё на ступеньку выше чистокровных, но есть одна группа, оптевилов, которая уничтожила бы своих братьев-демонов, если бы это привело к созданию чистокровной расы.

Гевин не сомневался, что людьми, ищущими лекарство, окажутся Пенвелл и его сын.

— Мой брат говорит мне, что одна из этих групп неплохо начала. Брачные пристрастия сангов отсутствуют в Картазмусе.

Маррик подался вперёд в своём кресле.

— Даже если они научатся размножаться, они ещё не научились сосуществовать с организмом. Это самая важная часть головоломки. И так случилось, что оно существует в дневнике сумасшедшего.

Гевин поднял бровь.

— И кто это может быть?