Смотрю на часы у кровати и вижу, что сейчас одиннадцать вечера. Я спала несколько часов.

Застонав, пытаюсь побороть головокружение и на мгновение думаю о родителях, о том, где они, заботятся ли о них. Сиделка отправляла их спать в десять часов, но я знаю, что иногда мама ложилась позже, слушая свои аудиокниги.

От этих мыслей сердце мое сжимается, и я прогоняю их, чтобы не лишиться сил. Сейчас не время для слабости.

Медленно поднявшись с кровати, я снимаю помятую одежду и надеваю топик с шортами, которые магическим образом оказались в шкафу. Они сиреневые и сделаны из тончайшего шелка, подходят мне так, словно их сделали на заказ. Войдя в ванную, я умываюсь и расчесываюсь, а затем пытаюсь открыть дверь в коридор. Удивлению, но мне это удается, а значит, я могу выходить из комнаты. Улыбнувшись, я тихо иду по коридору, думая о том, можно ли взять что-нибудь с кухни, не разбудив при этом никого. Само собой, в доме установлена система безопасности и повсюду висят камеры, за которыми наблюдают охранники, однако меня не волнует то, что они увидят, как я ем по ночам.

Проходя мимо кабинета Хавьера, я замечаю, что дверь приоткрыта, и через щель в коридор попадает свет. Это кажется мне странным, ведь обычно все, что делает Хавьер, происходит за закрытыми дверями.

Замерев, я прислушиваюсь, и слышу тихий звон стекла. Глубоко вдохнув, я осторожно приоткрываю дверь.

И вижу, что Хавьер сидит за столом, направив на меня пистолет.

Я замираю.

— О, — произносит он со странной интонацией, — это ты.

Быстро убрав оружие, он берет бокал, стоящий на столе, отчего в гладкой коричневой жидкости перекатываются кубики льда. Антикварный бар-глобус открыт, в нем видна полупустая бутылка шотландского виски.

— Прости, — произношу я бездыханно.

Мое сердце все еще бьется со скоростью несколько миль в час.

Хавьер кивает, не смотря на меня, и указывает на комнату рукой с бокалом, отчего напиток переливается через край.

— Заходи, заходи в мой кабинет. И закрой дверь. — Сделав, как он сказал, я делаю два шага в его сторону и делаю вид, что восхищаюсь элегантным оформлением, в то время как на самом деле осматриваю его. Хавьер что… пьян? — Вижу, ты нашла свою новую одежду, — говорит он, поглощая взглядом мое тело, упиваясь мною, как дорогим напитком. — Ты великолепна.

Допив то, что оставалось в бокале, он проводит рукой по губам.

Точно. Он пьян.

Я сглатываю, внезапно начав нервничать. Мне неизвестно, как Хавьер ведет себя, когда выпивает. Бруно в такие моменты становился наглым и отвратительным, а подлые действия Сальвадора ухудшались. Хавьер всегда был собранным, спокойным, поэтому то, что я вижу сейчас, немного потрясает меня.

Но также интригует. Когда один пьян, а второй трезв, то у трезвого на руках все карты, вся власть у него.

— Ты в порядке? — спрашиваю я.

Оторвав взгляд от моего тела, Хавьер снова наполняет бокал, чуть не пролив виски на свой прекрасный стол.

— Конечно. Почему ты спрашиваешь?

— Ты пьян.

— Нет, — отвечает он, сморщив лоб. — Просто выпил немного виски.

— Полбутылки.

Он бросает на бутылку рассеянный взгляд.

— О, одну бутылку я уже закончил. Мужчины, подобные мне, умеют себя контролировать.

— Мужчины, подобные тебе, — повторяю за ним я и приближаюсь к столу, осознавая, во что одета. Опустив руки на поверхность стола, смотрю в глаза Хавьеру. — Расскажи-ка о них подробнее.

Должно быть, он слышит презрение в моем голосе, потому что резко смотрит на меня.

— Что ты имеешь в виду?

— Я хочу, — произношу осторожно, желая контролировать его, но не желая попасться на этом, — чтобы ты рассказал мне, почему сидишь здесь в одиночестве и пьешь. Разве тебе не нужно избавиться от частей тела, оставшихся в комнате пыток? Или для этой работы ты кого-то нанял? Кажется, для грязных делишек у тебя всегда кто-то найдется.

— Мне не нравится затыкать дам. Но я могу это сделать.

Он сжимает губы, на его челюсти дергается мышца.

— Интересно, как? — спрашиваю я, не желая отрывать от него взгляд. — Как ты меня заткнешь?

Хавьер игнорирует вопрос.

— Почему ты здесь? — спрашивает он размеренно.

— Мне просто стало любопытно, чем занимается мой похититель. У тебя ведь было такое занятое утро, пришлось отрывать у охранника части тела и тому подобное.

Резко поднявшись со стула, он опирается на стол, отчего немного виски выплескивается из стакана. Лицо Хавьера оказывается в паре сантиметров от моего, я даже могу видеть коричневые крапинки в его янтарных глазах. Кажется, если присмотреться, то я смогу увидеть в них и его душу, существование которой он всячески отрицал.