— Мы в моей комнате, — отвечает он. Обхватив меня за талию, Хавьер приподнимает меня и опускает на что-то настолько мягкое, что у меня возникает ощущение, будто я сижу на пушистом облаке. Его комната. Его постель. Мое сердце начинает биться чаще. — Не выгляди такой напуганной, — произносит Хавьер. — Моя комната — не самое плохое место, — он наклоняется, и я чувствую его руки на повязке. Думаю, что сейчас он развяжет ее, однако его рука соскальзывает к моему затылку. — Я мечтал о том, чтобы ты здесь оказалась, — бормочет Хавьер, массируя мою шею. — Мечтал о том, что сделаю с тобой, если когда-нибудь заполучу. И вот ты здесь.

Я думала, что меня отведут в собственную комнату, оставят в одиночестве и, возможно, принесут какую-нибудь еду. Однако такого я не ожидала, так что это застигает меня врасплох, и наручники с повязкой ситуацию вовсе не облегчают.

— И что же ты хочешь со мной сделать? — удается мне произнести сквозь комок в горле.

— Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе, — говорит он, стягивая верх моего платья и обнажая грудь, от прохладного воздуха мои соски напрягаются, — или показал?

— Лучше расскажи, — произношу я с опаской, в то время как он дотрагивается губами до кончиков моих сосков, отчего меня пронзает нужда.

Теперь я знаю, что за игру он ведет.

— А мне хочется показать, — отвечает он. Внезапно Хавьер толкает меня на кровать и переворачивает на живот. Быстрым движением, подняв мой зад в воздух, он стягивает платье по моим ногам. — От этого нужно избавиться, — он медленно снимает мое нижнее белье.

Эта поза кажется чрезвычайно знакомой.

— Ты хочешь кончить на меня, — говорю я.

— Нет, — раздается его ответ. Ощутив его руку между ног, где становится горячо и влажно, я напрягаюсь. — Я трахну твою киску пальцами, а твою задницу — языком.

Мне требуется несколько мгновений, чтобы осознать его слова.

— Что? — шокировано, ахаю я.

Опустив руку на мою ягодицу, он начинает массировать ее пальцами.

— Я пялился на твою упругую сексуальную попку в форме сердечка довольно долго. Я хочу, чтобы ты сжималась вокруг меня, когда кончишь, хочу ощутить тебя изнутри.

Он останавливается, чтобы медленно поцеловать меня в обе ягодицы, скользнув одним пальцем в мою киску, а большим надавив на клитор.

— А что, если я откажусь? — спрашиваю я.

Сглотнув, я пытаюсь найти в себе желание отказать ему, но этого желания во мне просто нет.

— Разве ты не доверяешь мне?

— Не совсем, — признаюсь я бездыханно.

Он давит пальцем на то самое местечко, которое заставляет меня прогнуться и зажмуриться. Мое тело нуждается в большем, намного большем. Оно предает меня с поразительной быстротой, словно нуждаясь в очередной дозе наслаждения.

— Позволь перефразировать, — говорит Хавьер. Войдя в меня глубже, он заставляет меня застонать. — Разве ты не веришь, что я могу доставить тебе удовольствие сильнее того, что ты испытала прошлой ночью? — Он сильнее потирает пальцем мой клитор, усиливая давление. — Разве ты не веришь, что я могу заставить тебя кончить так сильно, что ты не сможешь сдержаться и выкрикнешь во время оргазма мое имя? — он проводит кончиком языка между моих ягодиц. — Разве ты не веришь, что я могу подарить тебе то, о чем ты только мечтала? — В это я верю. — Ну? — спрашивает он. Я киваю в ответ. Он замирает. — Мне нужно это услышать.

— Да, — быстро говорю я, желая, чтобы он продолжил. — Я тебе доверяю.

— Отлично, — ласково говорит он, снова начиная массировать мою кожу.

— Разве это не… — начинаю я, но тут же решаю, что слишком стесняюсь сказать это.

— Что? — спрашивает Хавьер грубо и низко.

Я прикусываю губу, чувствуя, как внутри меня нарастает удовольствие.

«Как же это произнести?»

— Ты очень непристойный мужчина.

— Пошлый, — исправляет он меня, слегка шлепая по ягодице. — Ох, это чертовски прекрасно.

Он повторяет это снова и снова, не причиняя боль, но заставляя меня ощущать жжение. Хавьер каждый раз проводит губами по тому месту, где остается отпечаток его ладони. Затем он осторожно раздвигает мои ягодицы, заставляя меня невольно сжаться от страха.

— Тебе нужно расслабиться, — шепчет он. — Больно не будет. Я уверен, что ты принимала ванну этим утром, разве нет? — Я согласно бормочу в ответ. — Значит, ты чистая, и беспокоиться тебе не о чем. Что до меня, я бы взял тебя в любом виде. Ты уникальна. — Да, он действительно пошлый. — Расслабься, Луиза, — произносит он снова. — Расслабься.

Я пытаюсь.

Когда он впервые дотрагивается до меня языком, меня пробирает дрожь. Это все абсолютно ново для меня, однако эти слова можно применить относительно всех событий, происходящих со мной в последнее время. Но губы, рот и язык Хавьера оказываются невероятно теплыми, влажными и нежными, и мое тело тут же расслабляется под их лаской. Все равно безупречность мне никогда не помогала, так что лучше быть порочной. Лучше брать все, что можно. Лучше принять свою похотливую, нуждающуюся и животную сторону, потому что иначе не чувствуешь себя по-настоящему живой.