Несмотря на плотное прилегание, ее язык ласкает мою длину, ее рот плотно присасывается ко мне, заставляя мои мышцы напрягаться от напряжения, вызванного необходимостью сдерживаться, чтобы не кончить так быстро.

― Блять, ты заставляешь меня кончить. ― Говорю я, глядя на нее с таким благоговением, которое граничит с фанатизмом. ― Твой рот так растянут и горяч вокруг меня, и ты выглядишь так грязно, стоя на коленях передо мной, принимая мой член глубоко в свое горло, как хорошая девочка.

Я ласкаю ее щеку большим пальцем, двигая бедрами вперед-назад, погружаясь в ее рот. Ее взгляд горит желанием, она не сводит глаз с моих, как я и просил.

― Я кончу тебе в горло, и ты проглотишь все до капли. Понятно?

Она хмыкает, проводя языком по моему члену, и вибрация, которую она посылает по моему члену, заставляет мои яйца напрячься, прежде чем я выплеснуть в ее рот, и горячие струи спермы попадают в ее горло, пока она высасывает меня досуха.

Я отстраняю ее от себя за волосы и провожу большим пальцем по ее рту, играя с нижней губой, получая дикое удовольствие от того, что она задыхается.

Уголок моих губ томно приподнимается, когда она остается стоять на коленях, ожидая моей следующей команды.

Она неосознанно покорна, и это разжигает мою кровь, как бензин в уже разгоревшемся огне.

― Моя очередь. ― Мрачно заявляю я.

27





― Моя очередь.

Я не успеваю отреагировать на его слова, как он, схватив меня за волосы, поднимает на ноги и прижимает к стене.

Затем он кладет руки на внешние стороны моих бедер и проводит ими по моей плоти, медленно опускаясь передо мной на колени.

Это движение чертовски привлекательно. Я понимаю, почему он смотрел на меня таким всепоглощающим взглядом раньше.

Я чувствую, как мое возбуждение течет по бедру.

Его глаза переходят на мои ноги, а руки задирают юбку. Он поднимает мою руку и заставляет прижать лоскут к животу.

― Держи. ― Он приказывает, его взгляд прикован к моей обнаженной плоти. ― У тебя такая красивая киска. Именно такая, какой я ее себе представлял.

Он придвигается ближе, его рука хватает меня за бедро и сгибает ногу в колене, прежде чем перекинуть ее через плечо.

― Знаешь, сколько раз я мечтал вылизать твою киску, Тайер?

Кровь приливает к моему лицу, так как жар его слов заставляет меня покраснеть. Он умеет говорить со мной с такой навязчивой страстью, что это граничит с животным.

― Сколько?

Я визжу, когда он поднимает другую ногу, на которой я стою, и закидывает ее на другое плечо, мои пальцы отчаянно тянутся к его телу, поскольку только оно удерживает меня в стоячем положении.

Я прижимаюсь спиной к стене, мои ноги обрамляют его лицо, которое находится в нескольких сантиметрах от моего центра.

Он вдыхает мой запах и поднимает голову, чтобы встретиться с моими глазами, зрачки которых полыхают от вожделения.

― Каждый день, несколько раз в гребаный день.

Его рот опускается на мою киску, а язык проводит по моему лону, прежде чем он засасывает мой клитор между губами.

Он не дает мне шанса насладиться этим ощущением, прежде чем начинает яростно водить языком по моему клитору, словно злясь на него.

Я вцепляюсь когтями в его плечи, волосы, одновременно отталкивая и притягивая его ближе, пытаясь осознать безудержное удовольствие, проникающее в меня.

― Макли, ― говорю я с хриплым вздохом. ― Это так приятно.

Я наклоняю бедра к его рту, отчаянно пытаясь найти более тесный контакт, пока он жадно поглощает меня.

― Как меня зовут?

― Ч-что? ― спрашиваю я, борясь с дымкой похоти, сбитая с толку.

Он прикусывает мой клитор, и я почти спрыгиваю с его плеч, но две руки хватают меня за талию и удерживают на месте.

― Как меня зовут? ― Он повторяет это слово, с хрипом впиваясь в мою киску.

Он отстраняется от моего центра и тянется к моей груди, разрывая чашечки лифчика и зажав между пальцами мой твердый сосок.

― Пожалуйста. ― Я умоляюще качаю головой, отказываясь произносить его имя.

Разряды электричества проносятся сквозь меня при каждом прикосновении к соскам, но он больше не прикасается к моей киске.

Мне нужен его рот.

― Пожалуйста, что?

― Пожалуйста, заставь меня кончить.

― Нет, ― холодно говорит он. ― Умоляния не помогут тебе в этот раз, если ты не скажешь мне то, что я хочу услышать.