Я перешагиваю через него и подношу нож к его шее.

― С таким же успехом я могу перерезать тебе горло.

Страх сменяется неуместной бравадой, когда он решает сопротивляться.

Это было бы гораздо более впечатляюще, если бы он не трясся как лист.

― Я просто сказал ей правду. ― Он говорит, пытаясь вызывающе вскинуть подбородок, и вдруг отшатывается, почувствовав, как лезвие режет кожу. ― Что ты трахал ее только ради денег.

Я подбрасываю нож в воздух, ловлю его лезвием наружу и обрушиваю острие на его закрытый рот.

Хладнокровное удовлетворение вспыхивает в моей груди при звуке оскала его зубов. Я выпрямляюсь и поднимаю его на ноги, наблюдая, как он выплевывает кровь и осколки зубов.

― Ты сам требовал рассказать тебе! ― обвиняет он, уже плача. Слезы и сопли стекают по его лицу и смешиваются с кровью, создавая ужасающую картину.

― Мне не понравился твой ответ. ― Я говорю, ударяя его ножом в другую ногу. Он издает пронзительный крик, от которого содрогаются стены. ― Зачем ты это сделал?

― У тебя есть все, ― сокрушенно отвечает он, не переставая всхлипывать. ― Тебе все дается легко, в том числе и она. Я хотел хоть что-то у тебя забрать.

Я снова выхватываю нож, и на этот раз он не произносит ни звука ― адреналин подействовал.

― Позволь мне рассказать тебе, какую ошибку ты совершил. ― Я усмехаюсь, приближаясь к его лицу. ― Ты мог поступить иначе. Ты мог испортить мое будущее или мои деньги, и я был бы более милосерден. Но ты связался с ней. Ты прикасался к ней. Ты пытался отнять ее у меня, и за это ты должен заплатить.

― Пожалуйста, ― умолял он сквозь выбитые зубы. ― Я не хочу умирать.

― Ты не умрешь, ― говорю я.

Феникс бросает на меня полный отвращения взгляд. Наверное, он считает, что я слишком мягок.

― Смерть слишком легкая судьба для тебя.

― С-спасибо. Я обещаю, что больше никогда к ней не подойду. ― Он заикается, его глаза наконец-то снова встретились с моими.

Я всегда думал, что я самый приспособленный из нас троих. Что в один прекрасный день мне позвонят и я должен буду освободить Роуга или Феникса из тюрьмы.

Оказывается, когда речь идет о Тайер, нет предела тому, что я могу сделать. Нет предела боли, которую я причиню кому-то.

― Нет, не подойдешь. ― Я подтверждаю: ― Глаза или язык?

Краем глаза я вижу, как уголки рта Роуга кривятся в медленной ухмылке.

― Ч-что?

― Ты теряешь одно из двух. Глаза за то, что смотришь на нее, или язык за то, что открываешь свой чертов рот. Выбирай, что именно.

― Нет! ― закричал он, снова пытаясь вырваться, но на этот раз Роуг удержала стул. ― Отойди от меня!

― Выбирай, пока я не выбрала за тебя. Три…

― Ты не можешь!

― Два…

― Стоп! Чего ты хочешь?

― Один…

― Я дам тебе все, что ты захочешь!

― Дашь? ― спрашиваю я.

― Да! Все, что угодно!

― Отлично, ― говорю я, надвигаясь на него. ― Что я хочу, так это отрезать тебе язык. А теперь открой рот, время вышло.

Он захлопывает его, крепко сжимая губы, и борется со своими ограничениями еще более яростно, чем раньше.

Феникс подает мне пару зажимов, пока Роуг заставляет Девлина открыть рот и засовывает блок между оставшимися зубами, чтобы удержать его в таком положении.

Он продолжает биться и метаться, как рыба на причале, и я снимаю свой ремень и пристегиваю его к спинке стула, наслаждаясь его дополнительным унижением.

Привязав его голову и заставив открыть рот, я легко зажимаю его язык и вытягиваю его за губы.

Его глаза дикие и испуганные, и я хочу, чтобы он жил с напоминанием об этом страхе до конца своих дней.

Это гораздо лучшая пытка, чем его убийство.

― Ты спросил меня, не сошел ли я с ума, и ответ ― да.

Я беру другой нож и поднимаю его между нами, показывая ему инструмент, который сделает его немым.

Его глаза закатываются обратно в голову, и он теряет сознание.

Неважно, он скоро придет в себя.

Я опускаю нож на его язык и начинаю кромсать его, не заботясь об аккуратности и точности порезов.

Он вздрагивает от боли, и наступает прекрасная тишина, прежде чем воздух наполняется его искаженными криками.

Я продолжаю, рассекая вены и мышцы и с диким удовольствием наблюдая, как кровь наполняет его рот и каскадом стекает по губам и подбородку.

Все заканчивается менее чем за тридцать секунд.

Я держу его язык между нами, как и нож.

― Пусть это послужит тебе ценным уроком, Девлин. Если ты еще раз подойдешь к Тайер, я отрежу твой член и насильно скормлю его тебе.