Мой отец изменился с тех пор, как умерла Адриана. Первый удар произошел, когда мы потеряли мою мать из-за рака, когда мне было десять. Он едва выжил. Потеря Адрианы была для него слишком велика. Внешне он кажется почти таким же. Только самые близкие люди могут видеть, насколько обветрена его душа. Он устал, и я не делаю ему никакой пользы, беспокоя его.

Он не отвечает на мой вопрос, а сразу переходит к причине звонка.

— Ты пренебрегаешь своими обязанностями

Я стискиваю зубы, чтобы не пролаять в ответ, и вместо этого выхожу из машины. Мы ехали по Парижу весь день, переходя от района к району, очищая их один за другим в поисках Тесс.

Я слышу, как открываются двери машины, когда мои люди следуют за мной из машины на улицу Риволи , знаменитую улицу, полную маленьких сувенирных магазинов и наводненную туристами.

В отличие от Артуро, я не могу просто отрицать обвинения моего отца.

— Я был занят, — отвечаю я, поднося телефон к уху и небрежно иду по улице. Прохожие обходят меня стороной, когда видят татуировки и мрачное выражение моего лица.

— Занят поисками своей сбежавшей невесты.

Моя челюсть сжимается, зубы скрипят из стороны в сторону, чтобы сдержать гнев. Очевидно, кто-то доносил ему о моих действиях и местонахождении. Нетрудно догадаться, что это Артуро.

— Я близко. Я знаю, что она в Париже, и это всего лишь вопрос дней, когда я найду ее и привезу домой.

Он вздыхает. — Когда я сказал тебе жениться, я не предполагал, что ты привяжешься к проблеме. Возможно, у нее хорошее прошлое и она дает вам доступ к лондонской элите, но это не принесет вам никакой пользы, если она высмеет вас.

— Это временная неудача. Я скоро найду ее. Я настраиваю свой голос так, как он узнает и знает, значит, я не собираюсь менять свое мнение.

Он игнорирует меня.

— Я найду тебе кого-нибудь другого, — предлагает он. — Ты помнишь Карденаса?

Я улыбаюсь. — Меня не было всего год, конечно, да. Он один из ваших генералов, он курирует регион Карибского моря

— У него есть дочь Клаудия. Она живет в Лондоне уже двенадцать лет. Она приехала учиться, встретила аристократа, вышла за него замуж и больше не уезжала. Он умер пару лет назад и оставил ей значительное состояние помимо всех своих связей. Она могла бы составить очень хорошую партию.

Если бы только самые близкие мне люди перестали пытаться заставить меня найти кого-то другого. Если бы они только поняли, что я бы сделал это, если бы мог. Я останавливаюсь возле сувенирного магазина и прислоняюсь к одной из арок, обрамляющих тротуар, глядя на дорогу и сад Тюильри на другой стороне.

Нет смысла ссориться с моим отцом. Если я притворюсь, что хотя бы частично открыт этой идее, для меня это пойдет гораздо дальше, чем просто прямой отказ.

— Я подумаю об этом, шеф .

Кажется, он доволен моим ответом.

— Хорошо, — говорит он. — В остальном все идет хорошо? Как насчет… — он делает паузу. Я не даю ему закончить предложение.

— Мы добиваемся хороших успехов в отношениях с Леонес. Вчера мы захватили еще двоих охранников. Мы скоро найдём убийцу.

— Хорошо, — отвечает он, его голос становится отстраненным. — Очень хорошо.

Боль в его тоне вызывает у меня желание убить каждого итальянца, еще живущего на этой земле.

— Мне пора идти, — говорю я наконец, вместо того, чтобы причинить ему еще большую душевную боль. — Береги себя, шеф .

— Ты тоже, Сын .

Мы завершаем разговор без каких-либо дополнительных слов заботы или утешения. Мы никогда не были такими людьми, мы не знали бы, что сказать.

✽✽✽

Тесс

— Спасибо, месье, — говорю я владельцу магазина, протягиваю руку через прилавок и беру сумку, которую он мне протягивает.

— Пожалуйста. Хорошего дня, мадемуазель.

Я разворачиваюсь на пятках и иду к выходу, довольная своей покупкой. Я нашла очень милый магнит с именем Дагни, первый, который я увидела с тех пор, как была в Европе. На нем изображена Эйфелева башня и один из знаковых фонарных столбов Парижа. Ей это понравится.

Короче говоря, я останавливаюсь и фотографирую магнит, прежде чем отправить его ей. Я хочу, чтобы она знала, что я думаю о ней, потому что кто знает, когда я смогу увидеть ее в следующий раз. И, возможно, это поможет мне извиниться за то, что мой жених подстрелил ее.

Выходя из сувенирного магазина, я поворачиваю голову налево, затем направо, размышляя, в какую сторону я хочу пойти дальше, когда резко останавливаюсь.

Мое сердце с силой бьется о грудную клетку и тут же отскакивает с такой силой, что у меня закружилась голова.

Прислонившись к арке, в десяти метрах от меня стоит Тьяго.

Он стоит ко мне спиной, его лицо повернуто в сторону, и он обыскивает толпы туристов. У меня есть лишь частичное представление о его профиле, но именно таким я впервые увидела его лицо.

Я бы узнала его где угодно.